kjsdsf
 
Подробнее Запомнить город


ГМК: между спросом и здравым смыслом

24.08.09
размер текста:

Преобладающий экспорт продукции первичного передела вот уже много лет является одной из ключевых проблем украинского ГМК. Да и всей экономики в целом – поскольку на долю металлургов приходится примерно 50% всей валютной выручки, поступающей в страну. Суть проблемы очевидна: продавая на мировых рынках преимущественно заготовку с низкой добавленной стоимостью, отрасль теряет колоссальные доходы.
 
Так, в марте 2008 года экспортная стоимость слябов (на условиях FOB Черное море без НДС) составляла 830 долл./тонн, а горячекатаного листа – 860 долл./тонн. Маржа между ними в июле 2008 года достигла исторического минимума: 1110 долл./тонн и 1132 долл./тонн соответственно. А далее разница в цене начала возрастать. В кризисном ноябре 2008 года экспортная стоимость слябов составляла 409 долл./тонн, а горячекатаного листа – 579 долл./тонн. В текущем году маржа продолжает оставаться значительной: в апреле экспортная стоимость для слябов и листового проката составляла 310 долл./тонн и 406 долл./тонн. То есть отечественные производители потенциально недополучали 96 долл. на каждую тонну готовой продукции. При этом стоимость проката оставалась стабильной, тогда как цена заготовки демонстрировала устойчивую тенденцию к снижению из месяца в месяц.

В таких условиях отрасль обречена на постепенно нарастающее отставание от технологического прогресса – поскольку выплавку металла из руды и получение полуфабрикатов можно осуществлять и без постоянного внедрения инноваций. Этим объясняется тот факт, что на целом ряде предприятий работает металлургическое оборудование немецкого производства, вывезенное из Германии после второй мировой войны. А старейший прокатный стан, до сих пор работающий на одном из украинских метзаводов, датирован 1892 г. выпуска. В конечном итоге такая ситуация чревата для национального производителя «выдавливанием» с рынка.

Понимая это, правительство задалось целью на законодательном уровне обязать собственников металлургических предприятий провести модернизацию производства. По словам источника в Минэкономики, предлагается предоставить металлургам льготы на определенный период времени, в течение которого они должны привести заводы к международным стандартам, в том числе по экологическим нормативам. «А дальше, если не будут выполняться эти требования, действовать жесткими штрафными санкциями» - сообщил собеседник издания.

При этом, по его словам, у разработчиков документа пока нет единого мнения, какие льготы могут быть предоставлены для стимулирования к инновациям: нулевая ставка НДС, освобождение от экологического сбора либо другие механизмы.

Между тем металлурги не хуже чиновников понимают всю уязвимость своего нынешнего положения. Из-за устаревшего оборудования сегодня они имеют одни из самых высоких показателей материальных затрат на 1 тонну готовой продукции. Например, на 1 тонну чугуна в Украине в среднем ЖРС расходуется 1,763 тонн, кокса – 530 кг. Российская «Северсталь» на 1 тонну чугуна тратит 1,726 тонн ЖРС и 455 кг кокса, китайская Baosteel – 1,689 тонн ЖРС и 385 кг кокса, европейский концерн Corus – 1,625 тонн ЖРС и 397 кг кокса. Энергозатраты на 1 тонну жидкой стали в Украине составляют 27,8 ГДж, у «Северстали» - 25,6 ГДж, у Baosteel – 23,3 ГДж, у Corus – 22,7 ГДж. Вот почему в докризисный период консолидированные инвестиции в ГМК постоянно возрастали. Если в 2002 году они составили 1,339 млрд грн., то в 2003 году было уже 2,164 млрд грн., в 2004 году – 3,006 млрд грн., в 2005 году – 5,017 млрд грн., а в 2006 году достигли 6,512 млрд грн. И, наконец, в 2007 году был зафиксирован пик инвестиционной активности акционеров – на модернизацию и развитие производства направлено 10,513 млрд грн. Дальнейшие планы были еще более грандиозными. Ориентируясь на растущий мировой спрос, до 2012 года украинские металлурги планировали увеличить сталеплавильные мощности до 65 млн тонн в год (существующие агрегаты позволяют выплавлять 45 млн тонн). При этом доля конвертерного производства по сравнению с 2007 годом должна была возрасти с 51% до 75%, электрометаллургического производства с 3,8% до 10%, разливка стали машинами непрерывного литья с 34,3% до 80%.

Однако глобальный кризис откорректировал инвестиционные аппетиты металлургов. И дело не только в ситуативном падении спроса на металл. Действующие условия международной торговли позволяют развитым странам с помощью тарифных барьеров защищать свои внутренние рынки от импорта металлопродукции с высокой добавленной стоимостью.
 
Таким образом, они стимулируют развивающиеся страны к ввозу первичных полуфабрикатов. Именно это в предыдущие годы заставляло украинские и российские компании покупать прокатные заводы в США, Канаде и странах Евросоюза – чтобы в дальнейшем поставлять туда заготовку собственного производства и далее получать прибыль от продажи готовой продукции. А выпускать продукцию высокого передела на своей территории было просто невыгодно. Поскольку она не находила соответствующего спроса на внутреннем рынке. Вместе с тем надо отметить, что в последние годы импорт металлопроката в Украину постоянно нарастал: с 0,5 млн тонн в 2000 году до 2,1 млн тонн в 2008 году.

При этом в его структуре увеличивалась доля продукции, аналог которой выпускается отечественными предприятиями: с 0,1 млн тонн в 2000 году до 1,25 млн тонн в 2008 году. Вот почему стимулирование производства продукции высокого передела в ГМК государству следовало бы начать с введения защитных механизмов против аналогичной металлопродукции.

Следующим шагом должно стать развитие внутреннего потребления готовой металлопродукции. Резервы здесь поистине колоссальны. По данным ГП «Укрпромвнешэкспертиза», совокупный износ металлофонда во всех отраслях украинской экономики в настоящее время достигает 60%, и для его обновления необходимо свыше 300 млн тонн стали. Другое дело, что сейчас у предприятий нет стимулов к модернизации основных фондов. А значит, металлурги, в свою очередь, не имеют достаточных объемов сбыта продукции высокого передела.

Игорь Воронцов

 


Комментарии
комментариев: 0

загрузка...


Статьи
23.02.17, Максим Полевой
Мариупольский металлургический комбинат им. Ильича продолжает реконструировать основные переделы и развивать сортамент, рассчитывая на оживление продаж в 2017 году. Но для стабильной работы предприятия необходимо решить проблему блокады железнодорожного сообщения с неподконтрольными территориями.
21.02.17, Ярослав Ярош
В январе в поселке Рудничное под Кривым Рогом прошли общественные слушания на тему строительства нового железорудного ГОКа на базе Шимановского и Зеленовского месторождений. Сама идея уже обросла густой бородой. Но на этот раз жителям предложили готовиться к переезду в соседние села, с вещами и денежной компенсацией. Так что, возможно, теперь это всерьез. Под выселение попадают более 300 дворов и даже несколько многоквартирных домов. Инвестор проекта – компания Black Iron – намерена приступить к рытью карьера уже со следующего года.
17.02.17, Василий Январев
Украинская промышленность, отработавшая прошлый год с небольшим плюсом после пятилетнего спада, рискует если не опять сократить производство, то, по крайней мере, существенно снизить темпы его роста. Одна из главных угроз на сегодня – тарифная политика государства, которая в прямом смысле слова оказывает удушающий эффект на экономику.
14.02.17, Максим Полевой
Иран и страны Ближнего Востока продолжают развивать собственную металлургию, сужая возможности для импортеров. Однако у украинских металлургов сохраняются шансы для экспорта в регион.
10.02.17, Ярослав Ярош
Российская нефтяная компания "Лукойл" завершает процесс продажи своего последнего крупного актива в Украине – химического предприятия "Карпатнафтохим" (Калуш, Ивано-Франковская область). С конечными бенефициарами этой покупки еще надо разбираться. А вот главным промоутером сделки смело можно назвать министра топлива и энергетики Украины Игоря Насалыка, бывшего калушского мэра.
07.02.17, Максим Полевой
В начале года мировые металлорынки поддерживают общий тонус цен и спроса, который сохранится и в последующие месяцы. Украинские же металлурги, утратив часть экспортных объемов, рассчитывают на рост внутреннего потребления.
03.02.17, Галина Резник
Прогнозы по рынку железной руды становятся все более расплывчатыми: хотя тенденции в отношении поставок практически очевидны, предсказать уровень спроса – непростая задача. Этот уровень зависит, в первую очередь, от закупок крупнейшего потребителя – Китая, но ручное управление экономикой в Поднебесной зачастую приводит к непредсказуемым последствиям.
01.02.17, Ярослав Ярош
Два года украинский топливный рынок валился с ног, теряя объемы. В 2016-м кризис, похоже, остался позади. По итогам года по всем трем базовым нефтепродуктам – бензин, ДТ, сжиженный газ – зафиксирован рост продаж. Трейдеры называют две основные причины оздоровления: сужение теневого сегмента и увеличение спроса со стороны промышленности.
30.01.17, Игорь Воронцов
Глава НАК "Нафтогаз Украины" Андрей Коболев заявил о готовности избавиться от зарубежных нефтедобывающих активов компании, заодно посетовав на отсутствие желающих их купить. На фоне перманентного падения объемов добычи нефти в самой Украине подобная стратегия выглядит как минимум недальновидной.
27.01.17, Максим Полевой
В 2016 году мировая экономика росла рекордно медленными темпами, а в текущем может "взбодриться" за счет Соединенных Штатов Америки и Китая. Украина тоже имеет шанс на стабилизацию, хотя в то же время и ряд рисков.



Жми «Нравится» и получай самые свежие новости портала в Facebook!