kjsdsf
Подробнее Запомнить город


Как можно защитить украинский бизнес в судах Европейского Союза

17.02.09
размер текста:

Позиции украинского бизнеса на европейских рынках связаны не только с необходимостью неукоснительного выполнения норм, действующих в пределах Европейского Союза, но и с возможностью полноценной защиты своих прав в случае их нарушения. Следует отметить, что на сегодняшний день Европейский Союз является крупнейшим экономическим партнером Украины. Кроме того, в связи с расширением Европейского Союза, Украина стала его географическим соседом, что соответственно не может не отразиться на построении взаимных отношений, в том числе, и, прежде всего, экономических. Каковы же последствия достаточно интенсивного проникновения украинских бизнес игроков в пространство, где «царит» право ЕС, где действуют правила Единого экономического пространства (к слову сказать, правила достаточно сложные для понимания даже самими европейцами). Мы, безусловно, можем говорить о формировании новой модели отношений, которую принято именовать секторальной интеграцией или европеизацией бизнеса. Однако нас, прежде всего, интересует, какие существуют правовые механизмы и рычаги, позволяющие нам чувствовать себя комфортно на рынках, где нормы поведения устанавливаем, увы, не мы. И в этой связи, главным защитным оружием должно служить знание своих прав и обязанностей, которые возникают у нас с момента начала делового общения.

Прежде всего, следует знать, что общей правовой базой интеграции служат международные договоры между Европейскими Сообществами и третьими странами – Соглашения о партнерстве и сотрудничестве и Соглашения об ассоциации. Украина, к примеру, в 1994 г. заключила с Европейскими Сообществами и их государствами-членами «Соглашение о партнерстве и сотрудничестве» (СПС), которое вступило в силу в марте 1998 г. Одной из главных целей Соглашения является содействие развитию торговли, инвестиций и экономических отношений, а также создание основ взаимовыгодного экономического сотрудничества. И это положение Соглашения имеет определяющее значение для дальнейшего построения взаимовыгодного экономического диалога.

В связи с этим, и транснациональный бизнес и, собственно, наш национальный бизнес за рубежом нуждаются в защите и эффективных правовых гарантиях. В условиях европеизации украинского бизнеса, так или иначе, возникает вопрос, какими механизмами, в том числе правовыми, могут воспользоваться украинские физические или юридические лица для защиты своих интересов, действуя в правовом поле ЕС. Это особенно важно относительно системы разрешения споров, в которых с одной стороны выступают страны не члены ЕС (а также их частные лица), а с другой - само Европейское сообщество (органы, выступающие от его имени) либо частные лица ЕС (физические и юридические).

Поскольку в рамках Союза не существует отдельного судебного механизма разрешения споров между ЕС и третьими странами (а также их частными лицами), коими являются собственно Украина и украинский бизнес, то приходится использовать общие судебные механизмы, которые существуют в рамках Европейского Союза. Эти судебные механизмы предоставляют украинским частным лицам несколько путей защиты своих прав.

Первый путь – это прямое обжалование актов главных органов ЕС, именуемых институтами, в Суде ЕС. Часть 4 ст. 230 Договора об учреждении Европейского сообщества предоставляет физическим или юридическим лицам возможность возбудить производство против решения, адресованного данному лицу, либо против решения, адресованного другому лицу, но которое непосредственно и персонально касается истца. Основаниями для обжалования таких актов могут быть: отсутствие у органа ЕС компетенции принимать обжалуемый акт, нарушение существенного процедурного требования, нарушение Договора об учреждении Европейского сообщества или другой правовой нормы ЕС либо злоупотребление властью.

Ст. 230 Договора об учреждении Европейского сообщества могут воспользоваться две группы истцов: 1. государства – члены ЕС, Европейский Парламент, Совет, Комиссия, Счетная Палата и Европейский Центральный Банк; 2. частные лица. Совершенно очевидно, что украинские физические лица и отечественные предприятия и фирмы в первую группу не входят. Более того, если первая группа истцов может обжаловать в Суде ЕС любые акты и при этом защищать любые интересы, то вторая группа истцов для обращения в Суд первой инстанции (а именно он наделен юрисдикцией рассматривать дела, инициированные частными лицами) должна доказать, что обжалуемый акт влияет именно на ее права. В связи с этим вторую группу истцов принято называть «непривилегированной». Именно во вторую группу могут входить и частные лица третьих стран, т.е. потенциально и украинские бизнесмены, которые ведут свою деятельность в ЕС. Они пользуются в рамках этой процедуры такими же правами, как и частные лица государств – членов ЕС.

Если акт института ЕС адресован непосредственно украинскому частному лицу или группе таких лиц, то проблем с обращением в Суд первой инстанции не возникает. Если же украинское частное лицо хочет обжаловать акт, который адресован другим субъектам, то кроме оснований для иска это частное лицо должно доказать существование двух условий: что оспариваемый акт касается его непосредственно и персонально.

Как показывает практика Суда ЕС и Суда первой инстанции доказать существование непосредственного и персонального влияния акта довольно сложно. Это относится не только к частным лицам третьих стран, но и к частным лицам стран ЕС. Однако надежда на успех все-таки существует. И вот какой выход был найден в деле 273/06 Polska and Industrial Union of Donbass v Commission. К рассмотрению Суда первой инстанции был принят совместный иск польского производителя стали и Индустриального Союза Донбасса (Украина), который является держателем акций польского предприятия. Иск касается отмены Решения Комиссии, которым помощь, которая была выплачена польскому производителю стали, признается ошибочной и незаконной. По Решению выплаченная помощь должна быть возвращена в полном объеме. Истцы в свою очередь требуют аннулировать Решение, поскольку оно противоречит, по их мнению, праву ЕС. Хотя это дело и является единичным случаем участия украинских бизнес структур в судебных спорах ЕС, но оно доказывает возможность такого участия.

Украинским частным лицам следует заимствовать активный опыт защиты своих прав у участников европейского рынка из других стран – не членов ЕС. Примером может служить дело Government of Gibraltar v Council, истцом по которому выступало правительство Гибралтара. Оно требовало отменить часть Директивы Совета в отношении авторизации межрегионального воздушного сообщения между странами – членами ЕС. Гибралтар доказал, что Директива касается его непосредственно и индивидуально и Суд ЕС признал за ним право быть истцом.

Одной из возможностей защиты своих интересов в рамках правового поля ЕС является вступление в уже начатый в Суде ЕС или Суде первой инстанции процесс. Пункт 2 ст. 40 Устава Суда ЕС предоставляет право частным лицам (в том числе и третьих стран) вступить в судебный спор других субъектов, если решение по делу может повлиять на их положение. То есть, если украинское частное лицо не смогло обжаловать акт ЕС, а подобное дело инициировано другим лицом, то возможность участия в деле отечественного частного лица существует. Украинские частные лица могут влиять на процесс, внося заявления и высказывая свою позицию. Так, за Доминиканской республикой было признано право вступить в процесс по делу Chris International v Commission, в котором обжаловалось Решение Комиссии относительно защиты английского рынка бананов. Хотя Решение и было адресовано правительству Великобритании, Доминиканская республика в качестве третьей страны сумела доказать непосредственное и персональное влияние акта на свое положение, как крупного экспортера бананов.

Следует обратить внимание также на достаточно оригинальный способ обжаловании актов ЕС – использование так называемой преюдициальной процедуры (ст. 234 Договора об учреждении Европейского сообщества). Суть преюдициальной процедуры состоит в том, что национальные судебные органы государств – членов ЕС могут обращаться к Суду ЕС с запросом предоставить разъяснение (толкование) актов ЕС или же вынести решение об их законности (легитимности). Именно такой возможностью воспользовался российский футболист Игорь Симутенков. Он был нанят испанским клубом Deportivo Tenerife и для того, чтобы играть в национальных соревнованиях за испанский клуб он должен был получить лицензию Королевской испанской футбольной федерации.

Однако правила федерации устанавливали, что граждане стран не членов ЕС не могут получить такую же лицензию как граждане Союза, а также, что их количество в национальных соревнованиях ограничено. Федерация отказала Симутенкову в получении лицензии, предусмотренной для граждан ЕС. Симутенков оспорил отказ федерации в Центральном административном суде, а впоследствии в Верховном Суде Испании, ссылаясь на нарушение ст. 23 Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и Российской Федерацией о недискриминации законно работающих на территории ЕС россиян. Верховный Суд Испании решил обратиться в преюдициальном порядке в Суд ЕС с просьбой о толковании ст. 23 Соглашения о партнерстве и сотрудничестве для того, чтобы выяснить был ли отказ законным. В своем решении Суд ЕС признал ст. 23 нормой прямого действия и указал, что отказ в получении соответствующей лицензии был незаконным.

Таким образом, Симутенков отстоял свое право работать на равных условиях с гражданами ЕС. По такому же принципу, украинские бизнес структуры могут отстаивать свои интересы в национальных судах государств-членов, в которые они, например, экспортируют продукцию или на территории которых ведут свою деятельность и считают, что они подвергаются незаконной дискриминации. Им следует обращаться в национальные суды с просьбой передачи в Суд ЕС преюдициального запроса о соответствии национальных норм праву ЕС или же о нелегитимности актов ЕС. Однако следует учитывать, что обязанность обращения в Суд ЕС закреплена только за судами последних инстанций, а суды других (низших) инстанций делают это по своему усмотрению, и соответственно заставить такой национальный судебный орган обратиться с запросом к высшему суду в рамках Евросоюза никто не может.

Таким образом, как видно из примеров, у украинских частных лиц существует вполне реальная возможность отстаивать свои законные интересы в судебных органах ЕС. Вопрос большей частью зависит от их активности и осведомленности в нюансах европейского судопроизводства. Тем более что все большие возможности открываются для такой активности в связи с переговорами между ЕС и Украиной о новом базовом соглашении, которые сейчас ведутся. Действующее Соглашение о партнерстве и сотрудничестве применяется с 1998 г. и было заключено лишь на 10 лет (на данный момент действие Соглашения продлено до принятия нового). Возникшая необходимость разработки и подписания нового Соглашения продиктована и изменившимися более прогрессивными отношениями между ЕС и Украиной. Еще в 2007 г. на европейском уровне было принято решение о начале переговоров относительно разработки и заключения нового вида соглашения с Украиной – Соглашения об ассоциации. Со стороны Украины возможность более углубленного сотрудничества была встречена очень активно и сопровождалась предложениями наполнить новый договор нормами прямого действия и предоставить доступ Украине к внутреннему рынку ЕС. Прямое действие норм означает, что они непосредственно предоставляют частным лицам права, которые обязаны защищаться национальными судами. В случае принятия нового Соглашения об ассоциации и расширения доступа к внутреннему рынку ЕС, прямое действие этих норм даст возможность украинскому бизнесу отстаивать свои законные интересы и ссылаться на боле широкий круг норм Соглашения, предоставляющих им права, в национальных судах.

Кроме того, предлагая новое Соглашение об ассоциации, ЕС выразил желание усилить стремление, в том числе и Украины, взять на себя далеко идущие обязательства. 3 декабря 2008 г. Брюссель предложил шести бывшим республикам СССР (Азербайджану, Армении, Белоруссии, Грузии, Молдавии и Украине) программу «Восточного партнерства». Программа предусматривает поддержку отдельных секторов экономики стран-партнеров. Поскольку в дальнейшем планируется создание зон свободной торговли с каждым восточным партнером после его вступления во Всемирную торговую организацию, данная программа предполагает предоставление помощи странам-участницам для достижения этой цели. Также предлагается стимулировать участников партнерства к созданию сети свободной торговли между самими восточными партнерами. Дополнительно запланированы комплексные программы для улучшения административной состоятельности стран-партнеров, которые финансируются ЕС.

Для отечественного бизнеса внедрение программы «Восточного партнерства» является позитивным событием, поскольку Украина в соответствии с ней берет на себя юридические обязательства по сближению регуляторных норм, которые сейчас в своем большинстве и затрудняют развитие украинского бизнеса и его выход на европейский уровень.

 


Комментарии
комментариев: 0

...


Статьи
14.07.17, Анна Ганзенко
Пока таможенные и квотные преграды на пути украинской сельскохозяйственной продукции к иностранным покупателям постепенно исчезают, внутренний логистический барьер остается незыблемым.
12.07.17, Максим Полевой
"Укрзализныця" продолжает декларировать планы закупки подвижного состава и локомотивов, однако пытается выстроить их под собственные заводы и импортеров.
07.07.17, Елена Курашина
В ближайшие дни должен состояться долгожданный отчет председателя правления "Укрзализныци" Войцеха Балчуна, по результатам которого Кабинет министров примет решение продлевать или нет контракт с польским реформатором.
05.07.17, Максим Полевой
С окончанием Рамадана, которое произошло 24 июня, на глобальном металлорынке наметилось оживление. Параллельно повышается спрос в Китае, а в Турции в ІІІ квартале ждут ускорения темпов строительства, и эти факторы добавляют оптимизма в краткосрочные прогнозы.
30.06.17, Максим Полевой
Украина и Беларусь активизировали переговоры о создании транзитного речного хаба на границе двух стран, в с. Нижние Жары Гомельской обл. Минск заинтересован в порте типа "река-море", чтобы погружать свою продукцию на суда каботажного класса, способные идти в Черное море и прибрежные государства без дополнительной перегрузки – это снижает транспортные расходы. Стоимость порта составляет 8-10 млн долл., а подвод ж/д ветки – до 100 млн долл.
26.06.17, Василий Январев
Группа компаний Smart Energy в июне начинает коммерческую эксплуатацию скважины №109 на Мехедовско-Голотовщинском месторождении и проведет ряд капремонтов, что позволит увеличить добычу газа по итогам года до 220 млн куб. м. Генеральный директор группы Сергей Глазунов рассказал о производственных планах на ближайшее время, инвестициях в бурение новых и реанимацию законсервированных скважин, рентных ставках, а также о том, почему газодобыча похожа на открытие консервных банок.
22.06.17, Ярослав Ярош
9 июня жители небольшого прикарпатского городка Калуш в Ивано-Франковской области почувствовали в воздухе уже слегка призабытый неприятный запах и увидели черный столб дыма на небосводе. Подобные явления наблюдались и несколько следующих дней. Они четко обозначили намерения новых собственников местного химического гиганта "Карпатнафтохим" вернуть его в работу. Пресс-служба предприятия уже поспешила отрапортовать о запуске производства, но инсайдерская информация утверждает, что после 5-летнего простоя заводские линии работают далеко не так исправно, как хотелось бы.
16.06.17, Максим Полевой
Украинские города понемногу обновляют изрядно устаревший коммунальный транспорт. За соответствующие заказы активно борются и отечественные, и иностранные поставщики.
12.06.17, Игорь Воронцов
Крупнейший в мире горно-металлургический концерн ArcelorMittal Лакшми Миттала упрочил позиции на высоколиквидном рынке ЕС за счет покупки металлургического комбината Ilva в Южной Италии. Возобновление его работы на полную мощность закрепит позиции Италии в топ-10 крупнейших мировых производителей стали и оставит за его бортом Украину.
07.06.17, Ярослав Ярош
В конце мая возле села Васильевка на Буковине был залит первый куб бетона в строительство второй очереди Днестровской гидроаккумулирующей электростанции. Пока речь идет только об установке четвертого агрегата ГАЭС. Потенциально же их число может вырасти до семи. И тогда слаженная работа новых агрегатов поможет стране отказаться от потребления почти 3 млн тонн дефицитного энергетического угля.



Жми «Нравится» и получай самые свежие новости портала в Facebook!