Подробнее Запомнить город


Пришло время играть в «долгую»

размер текста:

КонтрактыUA

Кризис – это новый толчок к бурному и непредсказуемому развитию или, наоборот, замедление прогресса и, может быть, даже поворот в обратном направлении. Об этом спорят и размышляют сегодня многие. Но кто как не руководители хай-тек-индустрии должны больше всего думать о будущем. Контракты UA провели футурологическую беседу с Евгением Уткиным, основателем компании «Квазар-Микро».

К: Евгений Владимирович, какими вам видятся перспективы новых технологий в связи с кризисом – мы станем свидетелями нового рывка или непредвиденной остановки в пути?

Е. У.: Новые технологии всегда обеспечивали прорыв человечества к новым возможностям и новым стандартам жизни. Чего только стоит последняя революция в области информационных технологий. Мир стал более доступным, бизнес более глобальным, жизнь более насыщенной. Изменилась скорость жизни. Платой за это (в жизни всегда приходится за все платить рано или поздно) стало духовное оскуднение общества и угроза экологической катастрофы. Мы находимся в преддверии появления новых технологий, которые будут востребованы в ближайшее время в целях развитиясохранения человечества. Инновационный процесс бесконечен и этому будет, конечно, и финансовая подпитка. И кризис закончится. Все это уже было и будет.

Об Украине. Начнем с того, что Украина не является чемпионом в применении новых технологий. На примере IT-рынка можно проанализировать ситуацию. Примерно 80% рынка потребляли то, что мы называем «железо» и базовое программное обеспечение, и лишь 20% приходилось на услуги: аппликации, сервисы, консалтинг, аутсорсинг. В России пропорция соответственно – 65% на 35%. В мире же все с точностью наоборот. Примерно 70-80% - это различного рода сервисы, а 20-30% - базовое «железо» и ПО.

К: То есть мы на этом рынке потребляли стоки?

Е.У.: Мы были на окраине, если представить мир плоским. Так что кризис в этом смысле очень полезная штука. Во времена кризиса технологии, которые позволяют более эффективно использовать ресурсы, в том числе и финансовые, должны быть востребованы. Думаю, произойдет перераспределение в пользу сервисов.

Например, модный нынче на Западе тренд – так называемые «облачные вычисления», когда конечному клиенту не нужно тратиться на создание собственной инфраструктуры, покупать лицензии, к примеру, от Oracle, а можно арендовать все это у компании, даже не в Украине, которая будет оказывать услуги по организации складского хозяйства, логистике или бухгалтерии. Это уже не фантастика, а реальность.

К: А способны ли мы в Украине предоставлять услуги высококлассного IT-консалтинга, ведь нужны специалисты? Железо скручивать намного проще.

Е. У.: Страна большая – люди найдутся. Вряд ли мы можем рассчитывать на доминирование в мировом масштабе, но удовлетворить внутренний спрос должны. Хотя мыслить категориями только локального рынка сегодня уже невозможно. Бизнес сегодня глобален. Если компания хочет достичь каких-то размеров и успехов, то стратегия изначально должна быть международной - особенно на IT-рынке.

К: И все же можно ли рассчитывать на какие-то глобальные изменения после кризиса?


Е. У.: Что будет после кризиса, на мой взгляд, никто не знает. Думаю, кризиса мы еще не почувствовали. Ни мир, ни тем более Украина. Дно, о котором так много говорят, еще не достигнуто. Пока все еще тратят свои жировые запасы. Но впереди время реального бизнеса и реальной конкуренции. На мой взгляд, две глобальные мировые проблемы будут определять то, что сейчас зарождается, и будет бурно развиваться после кризиса. Это экология и перенаселение. За последние 100 лет человечество так нещадно поиздевалось над матушкой природой, бездумно и алчно используя природные ресурсы, что сейчас стало очевидно – в скором времени встанет вопрос о серьезных и безвозвратных изменениях в окружающей среде. Как следствие получат масштабное развитие «зеленые технологии» - солнечная и ветряная энергетики, малые гидроэлектростанции, топливо, произведенное из отходов. Ключевым показателем конкурентности «продукции будущего», безусловно, будет энергосбережение и возможность последующей «экологической» утилизации. Бурный рост населения в странах с неразвитой или развивающейся экономикой и старение населения в развитых странах – это следующая движущая сила, которая будет стимулировать создание бизнесов, выводящих нас из экономического кризиса.

Если коренным образом не поменяется финансовое устройство мира (к этому уже есть предпосылки, но в ближайшие 20 лет это не произойдет), мы увидим через 3-5 лет очередной виток стремительного развития компаний, которые занимаются «зелеными технологиями», решают вопросы старения, кормят чистыми продуктами. Придет конец ресурсной экономике.

К: Для Украины этот вариант развития тоже актуален?

Е.У.: Какие периоды прошел бизнес в Украине в постперестроечное время? Непосредственно после перестройки использовали дезинтеграционные процессы и на этом делали деньги. Это собственно первый период – когда в одном месте покупали дешево, а в другом продавали дорого. Потом был период приватизации. Важно было оказаться в нужном месте и заполучить активы. И третий период – процессы, связанные с недвижимостью и землей. Вся машина питалась тем, что сюда зашли несколько крупных международных банков и российский бизнес. На этом собственно и росли.

Не требовалось особых знаний и технологий, достаточно было предприимчивости. Ну, и естественно, правильное место и правильные связи. Слава Богу, эта эпоха закончилась. И вот теперь нужно будет по-настоящему управлять. Одно дело приватизировать предприятие с технологиями, которые уходят корнями в XIX-й век, и за счет растущих рынков и спроса получать прибыль. И другое дело сейчас - теперь нужно конкурировать реально. Именно поэтому будут инвестиции и в новые технологии, ведь нужно увеличивать эффективность.

К: Существует мнение, что если бы и не было мирового кризиса, то Украина и Россия все равно попали бы в свой собственный кризис. Вы создавали компании и в Украине, и в России, и имеете возможности сравнивать нас с другими рынками. В чем мы схожи? И чем отличаемся с точки зрения предпринимателя?

Е.У.: В Украине очень слабое государство, и отношения все же близки к рыночным – свободы для предпринимательства побольше. В России есть сильное государство – и это очень важный фактор. Второй фактор - с ресурсной иглы спрыгнуть так и не получилось. Когда цена нефти была под 140 долларов за баррель, инвестиций в инновационные сектора так и не было сделано. Государство наслаждалось тем, что регулировало ресурсную экономику.

К: То есть, несмотря на разные возможности, наши страны одинаково пренебрежительно относятся к новым технологиям?

Е.У.: Раньше я активно рекламировал высокий уровень образования в Украине. И собственно наши IT-специалисты были тому подтверждением. Когда-то Украина была на 4-м месте по количеству дипломированных программистов в мире, потом она уступила это место Румынии, а сейчас я даже не знаю, где она находится. В последние годы качество образования в Украине катастрофически упало. Особенно это касается естественных дисциплин – физики, математики, химии. Это происходит и в России, но в Украине гораздо более быстрыми темпами.

К: Вы сталкиваетесь с этой проблемой, принимая людей на работу?

Е.У.: Непосредственно я нет, но… Во-первых, большой отток специалистов произошел и происходит. Во-вторых, огромный разрыв между тем, что преподают и что реально востребовано. Огромный разрыв и отставание.

К: Мне кажется, проблема в том, что нынешние преподаватели слишком далеки от реального бизнеса и новых технологий. И у них часто нет возможности поспевать за прогрессом, потому что система образования живет своей жизнью, а бизнес своей. Преподавать должны люди вашего уровня, люди, которые видят и понимают будущее, чтобы эти молодые специалисты были подготовлены «на злобу дня». Во всяком случае, я так это вижу.

Е.У.: В Украине вообще нет визионера и нет четкого представления, о своем месте в мировой системе разделения труда. В этом проблема и нашего образования в том числе. У каждой развитой страны есть свои приоритеты, свои «фишки», свои авторитеты, и это ее так же выделяет, как и культурные, и национальные особенности.

Что знают о России? Нефть, газ и еще какие-то остатки советских технологий. Путин, российский харизматический характер.

Что знают об Украине? Чернозем, металлы, химия, красивые девушки, когда-то были классные программисты. Кличко и нежелание договариваться ни с чужими, ни со своими. Я не хочу критиковать, но целостного позиционирования страны нет.

А инновационный бизнес напрямую связан с образованием, где мы катастрофически ухудшили свои позиции. А образование - прежде всего, с вопросами «для чего?», «куда идем?». Потому что, образовывая, мы закладываем будущее.

Евгений Уткин строит только долгосрочные планы

К: А какой Вам видится экономика после кризиса?

Е.У.: Недавно у меня была беседа с профессором канадской бизнес-школы о различиях постиндустриальной, индустриальной, инновационной экономик. На мой взгляд, все, что преподавалось в бизнес-школах, - это уже вчера. Мы переживаем кризис такой глубины, что все эти парадигмы и установки будут сметены, и появятся новые тенденции, которые мы себе даже не представляем. Особенно характерно это для Украины, где накладывается еще и политическая нестабильность.

Безусловно, можно утверждать, что в нашей стране нельзя играть в «короткую». Я бы вынес эту мысль в заголовок нашей беседы. Нужно играть в «длинную». Сегодня предвидеть то, что будет через 5-10 лет проще, чем то, что будет через год-два. 19 лет бизнеса в Украине все ставили только краткосрочные планы.

К: Все тушили пожар?

Е.У.: Этому было объяснение – деньги были короткие и дорогие. И ситуация такая была, которая позволяла это делать, - перечисленные три волны развития отечественного бизнеса. А сегодня в «короткую» играть бесполезно. Как это ни парадоксально, кризис – это время мечтать и строить долгосрочные планы. Мы, например, сейчас планируем не 2010 год, а 2015-й. Кризис - это возможность угадать нечто, что тебе позволит вырваться вперед.

К: То есть вы пытаетесь представить мир через 5 лет? Каким будет потребитель и его образ жизни? И в том числе формировать этого потребителя?

Е.У.: В общем, да, современные технологии манипуляции позволяют это делать.

Что еще будет влиять на бизнес? В новом бизнесе – посткризисном – «зеленые» и более «человечные» технологии будут конкретной необходимостью. Мы слишком испортили уже эту землю. Моральность и ответственное отношение к земле и ресурсам, станут неотъемлемой частью бизнеса XXI века.

Сейчас у нас у всех состояние как после нокдауна. То, что мы делали, не приносит прежнего удовлетворения. Нужно искать новые точки опоры. Самое время создавать новые бизнесы.

К: Вы говорите о новом бизнесе, означает ли это, что вы откроете новые направления и в своем бизнесе? Что сегодня собой представляет «Квазар-Микро»? И чем он будет?

Е.У.: О наших новых проектах я расскажу осенью. Область наших интересов как инвестиционной компании - это информационные технологии, микроэлектроника, энергосберегающие и альтернативные технологии.

К: Сегодня все компании испытывают дефицит оборотных средств и, по сути, лишены кредитных ресурсов. Как в таких условиях можно развивать бизнес? У Вас есть варианты решений?

Е.У.: Для настоящих предпринимателей, кризис – это время вызовов. В 90-е было гораздо сложнее – тогда мы брали кредиты и под 800%.

Единственный способ выхода из кризиса - это шоковая терапия. Когда мы увидим несколько банкротств, начнется оздоровление экономики.

К: Сегодня многие государства видят свою задачу в противостоянии кризису именно в том, чтобы предотвратить банкротства.

Е.У.: Слава Богу, наше государство не настолько сильно, чтобы справиться с такой задачей. Дна мы достигнем гораздо быстрее, чем наши соседи. Ну, и выберемся оттуда быстрее. Наша сила в нашей слабости – в слабости нашего государства.

К: Собственно ведь выживут те, кто не только достигнет дна, но и сможет какое-то время на нем жить.

Е.У.: Экономика - это не батут. Выпрыгнуть сразу со дна не удастся. Процесс восстановления займет какое-то время. Очень многим активы достались без усилий - просто большая удача. Кризис заставит всех проявить свои менеджерские и антрепренерские способности, если они есть, конечно. Пожить на дне придется всем.

Роль государства смягчить последствия кризиса не для компаний, а для простых людей. Средства нужно бросать не на спасение неэффективных предприятий, а на облегчение участи простого гражданина.

К: Давайте поговорим о перспективах новых технологий в мире. Главный революционер на сегодня – это Apple, который взял и взорвал рынок мобильных телефонов. Вот теперь после слияния Oracle и Sun Microsystems тоже, по-видимому, можно ожидать каких-то тектонических сдвигов в этой области.

Е.У.: Революция Apple – это I-pod, когда человеку продали ощущения, а не какой-то продукт. Apple не просто производит новый телефонный аппарат или плеер. Инновации этой компании в том, что они всегда слышат своих потребителей и предлагают то, что нужно, угадывая тенденции и формируя новый стиль.

Я вот еще на какой тренд хотел бы обратить внимание. Обычно происходит конкуренция внутри одной цепочки добавленной стоимости. Были производители компьютеров, и они никогда не зарились на программное обеспечение. Теперь Oracle купила Sun Microsystems – еще не ясно, что из этого получится, но точно будет революция. Обычно такой переход происходит в кризисы – не зашоренно смотреть на братьев по цеху, не вешать ярлыки – это производители микропроцессоров и точка. После этого кризиса цепочки будут выглядеть совершенно иначе, уйдут стереотипы. Мир и экономика станут более гибкими.

Раньше и в «Квазар-Микро», и в «Ситрониксе» мы активно использовали «эффект машины времени». Работая на более продвинутых рынках – по отношению к Украине это может быть и Россия, и западные рынки, можно было предугадывать, как будет развиваться рынок Украины в ближайшие год-два. Кризис, как мне кажется, уравнивает шансы предпринимателей и инноваторов во всем мире. Обязательно появится что-то новое, и хотелось бы в этом поучаствовать.

Что такое Google? Это ведь не IT-компания. Это нечто новое. И такого нового в результате кризиса должно появиться еще немало. Чрезвычайно сложно даже представить, что кто-то может подвинуть такую махину, как Microsoft – слишком большая система построена вокруг, но в результате кризиса это может произойти.

К: Мы уже с Вами обсудили, что с точки зрения развития новых технологий в Украине – мы на задворках. Но что собой вообще представляет хай-тек-индустрия в Украине? Кластер на «Квазаре» и все?

Е. У.: Настоящего кластера на территории завода «Квазар» нет. Но прежде об Украине и инновациях. Это два понятия, которые все дальше отдаляются друг от друга. В Украине было много талантливых людей в хай-теке, но в связи с тем, что многие уехали, а образование ухудшилось, концентрация этих талантов стала намного меньше. В нашей стране отсутствует культура воспитания лидеров, «чемпионов».

Что касается ОАО «Квазар». Прежде всего, хочу подчеркнуть, что «Квазар-Микро» не имеет никакого отношения к заводу «Квазар». Просто мы долгое время использовали одну территорию. Развитие кластера на заводе «Квазар» зависит от владельца и руководства самого предприятия, но я не вижу, что они хотят что-то в этом направлении делать.

К: Но ведь Вы лично принимали активное участие в борьбе с рейдерами, которые пытались, правда, как оказалось в итоге безуспешно, захватить предприятие?

Е.У.: Моя личная роль в решении этого конфликта – это просто добрососедские отношения. Когда я столкнулся с откровенным беспределом и бездействием властей, естественно, стал на защиту справедливости. Я пытался там работать как стратегический консультант по развитию бизнеса, но не увидел желания владельцев в кардинальных изменениях и, моя миссия закончена. И то, что будет происходить непосредственно на заводе «Квазар», ко мне не имеет никакого отношения.

К: И все-таки о хай-теке в Украине и его будущем?

Е.У.: То, что мы («Квазар-Микро») сегодня делаем, – это ряд проектов в США, Канаде, Западной Европе, Израиле – там более прогнозируемая ситуация, но в то же время мы понимаем, что там мы никогда не станем чемпионами. А настроены мы только на чемпионство. Но те знания, которые мы там приобретаем, помогут нам стать чемпионами в этом регионе.

К: Вы имеете в виду Украину?

Е.У.: Я бы не выделял Украину. Бизнес все же более глобален. Регион, который нам интересен, – это СНГ, Восточная Европа.

К: Отвечая на вопрос журнала SmartMoney, кто из бывших коллег/руководителей повлиял на вас более других, Вы назвали руководителей АФК «Система» Владимира Евтушенкова и Александра Гончарука. Действительно работа в «Системе» была таким выдающимся бизнес-опытом?

Е.У.: Во-первых, опыт работы в большой незнакомой компании всегда интересен и полезен. Задача же – подготовить, сделать международной, вывести на биржу компанию «Ситроникс» - была чрезвычайно интересной и сложной. Украинская команда приехала в другую страну, и на базе нашей компании собственно и был построен «Ситроникс». Это вообще уникальный для постсоветского пространства опыт. К сожалению, СМИ в Украине именно на это и не обратили внимания.

Период, когда я был президентом «Ситроникса», - это был один из самых интересных российских проектов. Это было второе в этом веке по величине после Google и самое крупное размещение на лондонской бирже (и до сих пор остается) среди технологических компаний. Оценка $2 млрд 300 млн и мы привлекли $405 млн.

К: И это при том, что у вас не было опыта выхода на IPO.

Е.У.: Нет, но работала большая команда, консультанты (Организаторами размещения выступили Goldman Sachs, Credit Suisse и «Ренессанс Капитал», соорганизатором – HSBC – прим. ред.). Опыт пока уникальный, неизвестно будет ли он востребован, поскольку непонятно, что будет после кризиса. До кризиса продавалось в основном будущее – торговля ожиданиями в чистом виде. Такие показатели, как cash flow (операционный поток платежей – ред.), прибыль были важны, но также обращали внимание на ЕBITDA (аналитический показатель, равный объёму прибыли до вычета расходов по процентам, уплаты налогов и амортизационных отчислений - ред), хотя он и позволял скрывать много недостатков.

Когда я в интервью SmartMoney упомянул этих двух менеджеров (кажется, это был 2007 год?), я не кривил душой. Эти два человека, безусловно, повлияли на меня. Да, я и до этого занимался бизнесом, но не таким масштабным. Школа бизнеса и выживания в «Системе» - это никакими деньгами не измеришь. Мы же не только выживали, но и развивали проекты. Поэтому мы в «Квазар-Микро» с большим оптимизмом смотрим в будущее.

К: Евгений Владимирович, Вы говорите, что в кризис нужно искать новые точки опоры. Насколько я знаю, Вы их находите в искусстве, музыке?

Е.У.: К своему стыду, я какое-то время вообще ничего не читал, да и не слушал, кроме джазовых станций. Все время и силы уходили на бизнес. А оба полушария должны работать гармонично.

В прошлом году я поддержал фестиваль «Гогольфест», организованный Владом Троицким. В нынешнем – уже 24 июня – с этим же фестивалем будем «брать Питер». «Гогольфест» в Санкт-Петербурге - это наша с Владом инициатива, мы хотим презентовать украинский культурный проект, как площадку для сборки современного полидисциплинарного искусства – театра, музыки, видео-арта, изобразительного искусства.

С одной стороны, мир глобален, с другой – каждая нация может существовать только тогда, когда ей есть, что сказать миру. Есть огромный пласт украинской культуры - до недавнего времени мне незнакомый – театральной, музыкальной. Есть десятки талантливейших людей, которых надо представлять и в Украине, и в мире.

Еще раз хотел бы сказать, во время кризиса нужно мечтать и искать новые возможности. Погода в футболе иногда уравнивает шансы сильной и слабой команд. И Украина – пусть и не самая инновационная страна - может получить свой шанс с тем, чтобы мы нашли свое место в мировой системе разделения труда.

ДОСЬЕ

Евгений Уткин – основатель компании «Квазар-Микро». Родился в 1958 г.в Донецке, Ростовской области, где работал электрослесарем в шахте «Западная» в 1975-1976 гг.. Окончил Московский институт электронной техники по специальности «Микропроцессорные системы». Работал инженером в зеленоградском НИИ точной технологии. Потом перешел в киевский НИИ «Микроприбор» ПО «Кристалл», где в 1986 г. возглавил лабораторию, а позднее стал главным конструктором. В ноябре 1990 г. основал компанию «Квазар-Микро». В 2001 г. окончил бизнес-школу INSEAD (Фонтенбло). В 2006-2007 гг - президент ОАО «Ситроникс» (в составе которого находился и «Квазар-Микро») . В 2008 г. закончил бизнес-школу IMD (Лозанна) и основал культурно-образовательный центр «Мастер-Класс».


Сергей Примаков

 


Комментарии
комментариев: 0

...


Дайджест
Курс гривни - для Украины это один из гамлетовских вопросов, в национальной транскрипции звучащий примерно так: бросаться в прорубь на Крещение или нет.
Под конец года парламентарии пересмотрели свои оклады задним числом.
Очередная годовщина Революции достоинства, вместо того чтобы задать общенациональный дискурс, превратилась в истеричное выяснение отношений.
12.12.17, Сегодня
Госстат утверждает, что темпы инфляции замедлились, а некоторые продукты даже подешевели.
Сімейні драми й сварки між колишнім подружжям – не привід забувати про дітей. Однак, інколи ситуація складається абсолютно протилежним чином.
Министр обороны, глава СБУ, руководитель охраны Януковича – были гражданами России.
12.12.17, Сегодня
НБУ оценил жизнь страны за 10 месяцев. Эксперты: ждем инфляцию до 18% и доллар по 28,5 грн.
Верховна Рада в четвер минулого тижня прийняла в першому читанні законопроект 7206, який вже встигли охрестити Купуй українське, плати українцям!
12.12.17, ubr.ua
Представители КГГА и энергетики рассказали о нововведениях.
12.12.17, Сегодня
Инфляция в Украине более существенно, чем ранее считалось, отклонится от целевых показателей к концу года, считают в Нацбанке.
11.12.17
09.12.17
08.12.17
07.12.17


Жми «Подписаться» и получай самые интересные новости портала в Facebook!