Известная во всем мире группа Kazaky поговорила с Наталкой Писней обо всем на свете – экспериментах с каблуками, опыте работы с Dsquared2 и Мадонной, татуировках, книгах и алкоголе. Разговор получился настолько интересным и длинным, что полную его версию можно посмотреть только на ТСН.ua.
– Если честно, я рассчитывала, что вы придете если не на каблуках, то со сменной обувью.
– Это сценический образ, мы несем его только на сцене, в жизни мы выглядим, как выглядим сейчас.
– Все начиналось с шутки?
– Пришла подруга с достаточно большим размером ноги, и как-то так в шутку померяли. Раз-раз, а потом оказалось, что пластика-то кардинально меняется на каблуках.
– В первое время уставал очень быстро.
– Я падал вообще в зале.
– И с подъемами вообще, потому что у всех разные эти плоскости.
– Ходить – это одно. А танцевать и делать какие-то трюки – это нелегко, но уже опыт есть, уже нужные мышцы работают, потому что бывали такие моменты: ты стоишь на сцене, на краешке сцены, там темно, какие-то руки, люди, шум, в глаза бьют софиты, и ты понимаешь, что у тебя вес тела и ты начинаешь потихоньку падать туда, вперед. То есть, нужно напрячься, зажать все, скажем, зажать булки, ноги, все-все-все зажать, чтобы удержаться и не упасть вперед. То есть, это вес тела аккуратно перенести так, чтоб никто не заметил, что там что-то случилось не то.
– Кстати, первые каблуки, я вот сейчас вспомнил, мы их покупали.
– Причем, женские. Мы пришли в магазин мерять со Стасом эти каблуки и девочка говорит – она подумала, что мы, естественно, покупаем подарок. Маме-сестре, девушке какой-то и когда мы их начали мерять в магазине на Крещатике, немножечко был шок у консультантов.
– Какой у каждого из вас размер ноги?
– У нас – 40-й, у нас с Кириллом 41, и мы с Кириллом можем иногда меняться, и точно так же Стас с Артуром.
– А где вы берете обувь?
– Только на заказ. То есть, признаемся честно, не будем гонять пафос, что мы там в Милане шьем или в Париже, мы шьем в Киеве, тут есть очень хорошие, добротные ребята, которые шьют и, конечно же, для такой нагрузки, которую выдерживают наши каблуки, просто обычные туфли, Louis Vuitton или какие-то там крутые-навороченные они, конечно, не подойдут. Потому что должен быть очень устойчивый каблук, поэтому все делается на заказ, все делается индивидуально, плюс мы уже нашли для себя какую-то оптимальную форму, которая нам подходит, которая, скажем так, более мужественная, более приближенная для парней.
-Каблук тонкий?
– Да, шпилька, тонкий, 14 сантиметров. Это такой шок для людей и в принципе, ты ж не будешь каждому объяснять, что я это покупаю для себя, но это для сценического образа. Ладно, пускай думают, что думают.
– Давайте на чистоту. Вас часто обвиняют в гей-пропаганде.
– Знаете, очень грустно. Очень грустно и больше добавлять, к сожалению, нечего.
– На каждый товар есть свой покупатель, кто хочет увидеть в нем плохое – увидит, кто хочет увидеть хорошее – увидит хорошее. Знаете, у нас настолько разная целевая аудитория. Начиная от самых маленьких юных девочек и заканчивая взрослыми мужчинами и тут все зависит от какой-то информированности и не знаю, образованности. Потому что люди часто стесняются признать, что им что-то нравится. Что действительно хорошая музыка, действительно хорошие танцы. Они боятся признаться в том, что им нравятся парни, танцующие на каблуках. Чтоб о них там не подумали, я не знаю. Не обвинили, комиплексы, да. А люди образованные, состоявшиеся, они не стесняются – нравится – нравится. Не нравится – не нравится.
– Это же не сделано грязно.
– Это ассоциативно, такие вещи, когда сравнивают нас с какими-то транссексуалами, с какими-то трансвеститами, как-то связывают с гей-общинами, потому что каблуки – это женское, парень не может быть на каблуках. Почему нет? Парень может все. Абсолютно все, просто как он будет это подавать? Это другой вопрос. –
Мы танцуем на каблуках, есть очень много ребят, которые танцоры, они пытаются делать каверы, как-то подражать группе Kazaky, они упускают один момент. Да, у нас каблуки, но при этом, все должно остаться мужественным. То есть, это должны быть парни на каблуках. Это не должны быть женственные парни на каблуках, еще что-то. Это должны быть парни на каблуках.
– А как все начиналось? Вот вы все друг друга знаете много лет.
– (Кирилл) мы со Стасом дольше всего знакомы. С 2007 года, мы еще вместе учились.
– А мы с Артуром дружили, Артур танцевал в этот период в оперном театре, был солистом, и тоже был такой момент, мы все планировали, я тоже думал: вот, Артур, ему сейчас нужно сделать решение, потому что он в театре.
– Решение принял я.
– (Артур) у меня был отпуск, я полетел в Нью-Йорк, я месяц там прожил, походил на мастер-классы, я подумал, что было бы классно вместе собраться, вместе что-нибудь сделать. И пока я был в Америке, я созрел к этому решению, прилетел, подумал, что если я этот выбор не сделаю, время пройдет и потом я пожалею.
– Я прилетел, и я помню этот день, когда я пришел и уволился из театра. Все удивились и спрашивали: куда ты идешь? Я сказал, что я знаю, куда я иду. Потом мы встретились с ребятами, вернее, я пришел к ним в зал, я сказал им: ребята, я уволился из театра.
– Немножко шок был. Они не ожидали, что это предложение было не легкомысленное, а на самом деле было осознано. И ребята, у них как раз у них гастроли были. И они сказали: Арт, прости, сейчас у нас полгода, три месяца, у нас гастроли будут. И мы не сможем перейти на начало проекта то, что мы сделаме вместе. –
Сколько времени в день вы тратите на репетиции, вообще, как часто у вас репетиции?
– 3-4 часа, иногда бывает больше. Если какие-то спецпроекты, выступления, мы недавно готовились к чемпионату мира по художественной гимнастике – проходил у нас в Киеве, и мы на гала-концерте выступали, на открытии, там был номер новый, сидели дольше, сидели несколько дней, репетировали. Наверное, для нас это самая большая похвала, то что нас замечают такие талантливые люди, как Dsquared2 и Мадонна.
– Расскажите, как там было. Как они вообще на вас вышли.
– Это был самый длинный подиум, который был в нашей жизни.
– Подиум да, был в общей сложности метров 100.
– Саундчек, конечно, очень помогает, когда ты все-таки рассчитываешь на те силы, которые у тебя будут завтра, но ты понимаешь, что их будет в два раза меньше, потому что это адреналин, очень много людей сидит в зале. И соответственно, это показ Dsquared2, а мы – кульминация его. И вот Олег с Артуром исполняли этот кувырок вперед, а мы со Стасом шли параллельно. Но кувырок вперед на каблуках, а потом еще пройти 50 метров, и 50 метров обратно.
– Они встретили с распростертыми руками. Было здрасьте вот такое (показывает руками) мы сами удивились тому, как клюди нас принимают открыто.
– Это вместе и обедать, и ужин, и у них в гостях тусовки. То есть, реально мы с ними погуляли, повисели, посотрудничали, подружились.
– Оказывается, что до нашего приезда у нас у всех уже были клички, они нам всем дали клички.
– Да, да, если я не ошибаюсь, ты был "Скинни", Стас был "Бейби фейс", кажется, если я не ошибаюсь, Артура они назвали "Совершенство", и меня они назвали что-то, "Качок" какой-то.
– По картинке кстати, активно пьют шампанское.
– Все время, все время.
– И вы тоже пьете?
– Конечно – Не все время
– Да все время, во время примерок, но шампанское везде. Хотя, ребята, вспомните, мы перед выступлением тоже выпили шампанского.
– (Артур) Я очень лблю хорошее шампанское. Хорошее вино.
– (Стас) Я стараюсь не пить.
– (Олег) Я не очень люблю его. Не то, чтобы стараюсь здоровый образ жизни, я просто его не очень люблю, когда я в гостях, я пью такие чуть-чуть женские напитки – какой-то малибу с яблочным соком, чтоб поменьше было алкоголя, чтоб он был сладенький, вкусненький, то есть, виски, коньяки я пока как-то до них не дошел, пока их не понял. А может и не пойму.
– (Артур) Я водки могу рюмку выпить перед плотный ужином с удовольствием.
– (Олег) Перед выступлением!
– Особенно, когда я приезжаю на родину в Армению, то когда мама готовит много вкусной еды, она обязательно предлагает мне рюмочку водки
– Я ем все, но только полезную еду, естественно. Не фаст-фуд. То есть, это свежее мясо, хороший салат овощной, все, что вкусно приготовлено.
– (Кирилл) Я тоже все ем. У меня нет такого выборочного рациона. Поскольку я "Скинни" (от англ. – худой, прим.ред.), я ем 3-4 раза в день.
– (Олег) На самом деле, многие задают вопрос: наверное, у вас рацион, режим? На самом деле, очень сложно соблюдать режим, если ты постоянно перелетаешь, ездишь, то есть, там в принципе, режим – последнее, что получается соблюдать. А по поводу фаст-фуда – вспомните Китай. Это такой, скажем, форевор во всем мире. Он спасает, потому что ты по крайней мере понимаешь, что ты будешь есть.
– Китайцы – это сумасшествие. Во-первых, Азия, они любители всего нестандартного. Поэтому для них, у них была маленькая, небольшая сцена, была проблема, что сцены у них не очень больших размеров. И когда эта сцена просто окружена этой толпой людей, и все в руках держат вытянутые айпеды, то есть, все снимают.
– По вашей версии, Kazaky – к Украине не имеют не малейшего отношения, в смысле названия и связано оно с Японией. То есть, мне нужно проводить параллели с театром кабуки?
– Здесь и от наших родных казаков, у нас даже в клипе In The Middle, есть чубы такие. Мы решили тоже использовать нашу национальную фишку. Но в переводе с японского казаки – это летящий ветер. Нам очень понравилась эта игра слов.
– Но ни в коем случае мы не хотим акцентировать и пропагандировать внимание на том, что мы имеем конкретное отношение к украинским казакам, мы не собираемся образ их как-то порочить.
– Еще у вас был чудесный момент в вашей творческой биографии общей – это Мадонна.
– Это была такая неожиданность, мы были в гастролях где-то на дальнем востоке, и когда нам ребята, наши менеджеры сказали, мы так после 9 часов перелета не сразу это восприняли. Да, но вы знаете, там работа происходит очень стремительно. От момента написания нам и до съемок прошло всего там недели 2-2,5. Все очень быстро произошло, все произошло быстро, очень быстро. Его снимают – все, через неделю.
– Как работать с Мадонной, какая она? Классная, требовательная, по делу требовательная, некапризная?
– Человек так пашет, там отснятых 30 дублей, потом она понимает, что ей не нравится ее челка и это все переснимается.
– Олег, откуда у вас такое количество татуировок, сколько их на вас?
– Я их только набил, они еще свеженькие. А вообще, скажем так, все видимое вы практически видите. На ноге еще есть, на спине есть. А набил я их на протяжении 2 лет, все. То есть, когда вот начинались Kazaky, то в принципе, у меня не было ни одной татуировки. Автор всех своих татуировок – я сам.
– У Кирилла еще татуировки.
– Что здесь?
– В движении, это на французском языке, я любитель английского языка, мне нравится смотреть фильмы на английском, но французский язык, прежде всего, для меня самый мелодичный.
– Вы говорите?
– Нет, я мечтаю, мне хочется научиться совершенно играть на фортепиано и выучить французский язык. Поэтому я набил себе наперед, знаете. Здесь написано в движении, а здесь – дитя мира.
– (Стас) У меня нет татуировки.
– (Артур) У меня тоже нет. У нас чистые тела.
– Кто из вас собирается жениться?
– Пока нет. А потом жену с собой возить на гастроли нужно же будет, потому что времени не будет, все время будешь отсутствовать. Потом придется всю семью возить с собой на гастроли.