Выдающийся немецкий композитор и театральный режиссер Хайнер Геббельс приехал в Москву, чтобы познакомиться с труппой электротеатра "Станиславский", где он собирается восстанавливать свой спектакль "Макс Блэк" 1998 года. ХАЙНЕР ГЕББЕЛЬС рассказал ГРИГОРИЮ ДУРНОВО о своих музыкальных и театральных опытах, включая постановку нескольких революционных современных опер.
— Терпят ли изменения ваши спектакли, когда вы показываете их в разных странах, в разных театрах? Сами ли вы придумываете, как их изменить, или это происходит после контакта с театром непосредственно?
— Когда я гастролирую с одной постановкой, она не меняется. Но поскольку я очень часто работаю по принципу открытой сцены, то есть принимая и уважая пространство, в котором мы играем, постановка может быть совершенно разной в разных местах. Например, в одном месте зал темный, в другом — белый. Часто различается акустика.
Спектакль "Вещь Штифтера" меняется полностью: хотя происходит то же самое, характер постановки меняется в зависимости от характера пространства. Здесь, в "Школе драматического искусства" Анатолия Васильева, она выглядела совсем не так, как в огромном "Парк-авеню Армори" в Нью-Йорке, или в старой часовне в Авиньоне, или в промышленном здании в Осло. Так что постановки очень гибкие с точки зрения пространства и акустики, они должны подстраиваться под место и свет в спектакле тоже.
"Макс Блэк" будет сильно отличаться от того, что было. Я не гастролирую с ним, это воссоздание. Я выбрал этот спектакль по нескольким причинам, как это бывает всегда, что бы я ни делал. Во-первых, благодаря идее Бориса Юхананова назвать Театр имени Станиславского электротеатром: в этом названии я увидел возможность использовать в театре все средства, использовать плоды технической революции (пусть даже он выбрал это название из других соображений).
Думаю, "Макс Блэк" — самая моя электрическая (в кавычках) вещь, потому что это история исследователя в лаборатории, и какой бы эксперимент он ни проводил, все звуки, сопровождающие его, записаны живьем, проиграны и трансформированы. В ходе своего исследования он создает свой собственный саундтрек, который, в свою очередь, организует хореографию его движений, ритм его действий. Это очень сложные взаимоотношения между работой актера и техническими последствиями того, что он делает.
Во-вторых, в электротеатре прекрасные актеры, и у меня была возможность найти замечательного партнера. В-третьих, Макс Блэк, можно сказать, родом из России, он родился в Баку, откуда уехал в Великобританию, а потом в Америку. Он не так уж известен, но в определенных научных кругах можно найти много интересующихся им. Он занимался логикой, но также и философией искусства, понятием метафоры. Этот спектакль не биографическое произведение, это собрание текстов других мыслителей, которые работали в похожем русле: Поля Валери, Лихтенберга, Витгенштейна.
— Вы по-прежнему будете использовать машины и конструкции, которые были в этом спектакле раньше?
— Да, будем стараться, но, может быть, изобретем и что-нибудь новое, пока не знаю.
— Сколько актеров вам понадобится?
— Один. Это моноспектакль. Но есть другие "актеры", так сказать, которые работают за кулисами: звукорежиссер, человек, работающий с пультом для живой электроники. Их работа так же важна, как то, что происходит в поле зрения публики. Они отвечают за звучание.
— Когда начнется работа над постановкой?
— Репетиции будут в июне, а премьера, возможно, состоится в октябре следующего года.
— Могли бы вы сказать что-нибудь о ваших последних театральных работах?
— Они отличались от моей обычной практики. Обычно я делаю один спектакль раз в два-три года. На создание работы уходит много времени, поскольку я считаю свою работу прежде всего исследованием, а не повторением того, как, по-моему, надо делать. Но последние годы я был художественным руководителем Рурской триеннале — это большой международный фестиваль в Германии. Для него я сделал одну новую вещь, которую подготовил раньше, она называется "Когда гора поменяла одеяние", в ней участвуют 40 певиц из словенского хора.
На прошлой неделе я показывал эту работу в Австралии на фестивале в Мельбурне, а перед этим возил ее по Европе. Но кроме этого я впервые поставил три оперы других композиторов, по опере в год. Я поставил революционное произведение Джона Кейджа "Европеры". Я поставил также столь же революционное, потрясающее произведение Гарри Парча "Бред ярости" конца 1960-х. В нем используются изобретенные им самим инструменты. До этого оно исполнялось всего дважды, и моя постановка была первой в Европе, последние годы мы занимались воссозданием этих инструментов.
А последней постановкой в этом году была опера голландского композитора Луи Андриссена "Материя", которая до этого ставилась всего один раз — 25 лет назад. Я был весь поглощен работой с этими произведениями, которые имеют важнейшее значение для развития музыкального театра, но не имеют никакого шанса быть поставленными в современных репертуарных, институционализированных оперных театрах.
Я воспользовался тем, что этот фестиваль предлагает открытую форму для постановок, поскольку спектакли здесь идут в промышленных помещениях. Я попытался вновь посмотреть на идеи музыкального театра, о которых стоит поразмышлять, когда думаешь об опере будущего. Речь идет не только о звучании, но и о структуре. Теперь, после всего этого, я отдыхаю.
— Похожи ли принципы, которые вы разрабатывали в рамках Cassiber (сооснованная Геббельсом авангардная немецкая рок-группа, существовавшая в 1982-1992 годах) или проектах, построенных на импровизации, на те, которые вы используете сейчас в театральных постановках? Идеи смешения различных стилей, использования различных объектов, звуков и так далее?
— Когда мы перестаем говорить только о музыке, а начинаем говорить о выстраивании пространства, света, слов, движений, появляется нечто похожее на то, что было в тех проектах. Но теперь импровизация есть только в самом начале процесса. В финале все составные части должны быть подогнаны очень точно, иначе возникает опасность, связанная с технической стороной, может произойти авария, пожар. Можно сказать, что в качестве средства сбора различного материала действительно используется импровизация.