Недавно певца признали самым успешным гастролером этого года в СНГ- и это несмотря на то, что он был вынужден отменить часть тура из-за болезни горла.
Воспользовавшись паузой в графике артиста, мы напросились к нему – поговорить за жизнь.
– У вас как раз сложный этап позади. Когда доктор-француз Жан Абитболь сказал при осмотре ваших связок: "Господи, как вы еще поете?" – и запретил выступать. Сейчас-то вам разрешили продолжить тур, хоть и под наблюдением врачей…
– А чего уж тут поделаешь, пел на больное горло – сам виноват. Но потихоньку выкарабкиваемся.
– А недавно клип с Ани Лорак снимали под дождем. Не бережете себя!
– А чего бояться? Уже простуженный! (Смеется.) Это же работа. У нас были хорошие условия для работы: намокли, сразу подсохли. Я вообще не очень люблю сниматься в клипах, фотографироваться. Но что делать.
– Какие у вас ощущения, когда видите свою фамилию в рейтинге "Форбс" на втором месте по заработкам?
– Они берут один какой-нибудь концерт, который якобы стоил 100 000 евро, и приблизительно считают количество моих выступлений за год. И получается у них сумма солидная. Начинается – "О, он зарабатывает 15 000 000 евро!" Ну хорошо, даже если это 15 млн., давайте отсюда убирать расходы – зарплату музыкантам, проценты директору, администратору и т. д. Посчитать расходы никто не в состоянии.
– Ну разве не приятно увидеть себя в этом списке самых богатых?
– Была б моя воля, я бы вообще запретил себя печатать где бы то ни было. Надо, наверное, заплатить журналу "Форбс", чтобы они перестали обо мне печатать небылицы (смеется). После моего выступления в Думе многие журналисты начали говорить о том, что мы, артисты, будем делать, когда про нас не будут писать. Отвечаю: лично я буду абсолютно спокойно работать дальше!
– Многие артисты даже тогда говорили, что просто не надо делать вещи, за которые потом стыдно, и тогда проблем не будет с прессой.
– Ну вот какие ко мне были претензии у журналистов? Что я сделал такого, за что меня можно было бы по-человечески осудить? Выпил бокал вина в ресторане? Или две бутылки? О, это катастрофа! За это убивать надо?!
– Вы одновременно дружите и с Тимати, и с Филиппом Киркоровым. А ведь они, кажется, разругались насмерть! (Певцы не сошлись в оценке молодых исполнителей и объективности одной из музыкальных премий, после чего разругались в интернете, не стесняясь выражений.
– Я пытаюсь их помирить! Но пока не получается. Я разговариваю и с Тимохой, и с Филиппом. Понимаю их обоих.
Я дружу с Тимохой, он талантливый человек. Я с уважением отношусь к Филиппу. Как перед артистом, я перед ним преклоняюсь. Он очень много лет на эстраде – в три раза больше, чем я. Он всегда что-то делает, ищет, не останавливается на достигнутом!
– А кто вам нравится из артисток?
– Земфира, Ани Лорак, Тина Кароль… Они все блестящие артистки. Земфира – прекрасный композитор. С удовольствием бы с ней поработал, если бы представилась такая возможность. У Ани Лорак великолепный голос, она красивый человек.
– Вы как-то говорили, что хотите сделать дуэт с Аллой Борисовной…
– Мечтаю! Есть песня, на мой взгляд, очень хорошая. Я говорил с Аллой Борисовной на эту тему. Ждем ответа.
– Пополняете до сих пор свою коллекцию икон?
– А как же! Внутри все поднимается, когда вижу то, что хотел бы иметь в своей коллекции. Но все купить нельзя. Сейчас многие стараются церкви восстановить, а то и заново построить. Правильное дело!
Помогать в постройке храмов должно быть в порядке вещей для любого нормального человека. Но и контролировать, куда пошли средства, тоже надо.
– Пытались вас развести?
– Конечно. Письма пишут. Я обычно даю несколько дней, чтобы мне прислали документы. Если этого не происходит, то говорю: "Я считаю вас мошенниками, и если еще одно письмо увижу на почте у себя, то обращусь в правоохранительные органы". Иногда звонят из детских домов, просят помочь, перевести деньги. Отвечаю: "Нет. Могу купить и привезти. И через год приеду и посмотрю, на месте вещь или нет". Я отдаю деньги, заработанные потом и кровью, забираю их у своих детей и отдаю на добрые дела, а не чинушам в карманы…
Елена Бодуэн