Голливудский актер открыл персональную выставку живописи в Санкт-Петербурге и подарил свои перчатки местному благотворительному фонду.
Звучит как шутка: Сталлоне – художник-импрессионист. Кто бы мог подумать, что прославленный Рокки и Рэмбо пишет картины уже больше 30 лет. Он долго стеснялся выставлять свои работы – из всех искусств важнейшим для Слая являлось все-таки кино. Но в последние годы у себя в США актер начал сотрудничать с небольшими галереями. И вот, пожалуйста, Русский музей Санкт-Петербурга предложил Сталлоне персональную выставку. Экспозиция охватывает период с 1975 по 2013 годы.
– В последний раз я был в России где-то 20 лет назад в качестве актера, теперь я впервые здесь как художник, – гордо подчеркивает Сталлоне в беседе с "Комсомолкой".
– Волнуетесь, как люди воспримут вашу живопись?
– Конечно, волнуюсь! Это состояние похоже на первые показы "Рокки" в 76-м году.
– Кстати, о Рокки. Как считаете, герои нынешнего времени стали другими?
– У каждого поколения свои герои и злодеи. То, что работало в 80-е, уже не подходит для современной молодежи. Сейчас снять историю о Рэмбо или Рокки было бы невозможно. Супергерой должен быть другим. Времена сильно изменились. Но удивительно, что те персонажи, которые родились в 80-е в моей жизни, в массовой культуре живы до сих пор.
– На экране вы агрессивный и свирепый. В живописи – разный. Местами у вас безумный хоровод красок, коктейль из цвета, света, текстов, фоторяда, а местами наоборот – все уравновешенно, как в черно-белом кино…
– Агрессивные сюжеты на экране мне нравятся и по жизни. Я на самом деле похож на своих персонажей. В искусстве, в живописи и в кино я успешен, потому что верен себе, отражаю свою настоящую природу. Не пытаюсь никого копировать, делать что-то модное, пытаюсь быть собой. Много об этом думаю, потому что моя жизнь была довольно увлекательной – я вырос в бедности, не имея ничего, но вон чего достиг! Постоянно пытаюсь это как-то осмыслить. При этом уважаю мечты людей. Чаще сочувствую тем, кому в жизни не так повезло. Иногда меня это злит, иногда я испытываю раздражение, фрустрацию по этому поводу. И эти чувства я тоже воплощаю в своей живописи.
– Ваш коллега Стивен Сигал проводит много времени в России и однажды даже признался, что чувствует себя русским. А Жерар Депардье и вовсе получил российский паспорт. Какие чувства к России испытываете вы?
– Моя прабабушка была родом из Одессы, поэтому я на четверть русский! – улыбается Слай. – Мне нравится дух этой страны. У вас столько великих достижений в области искусства, много людей с большими художественными талантами. А Петербург с архитектурной точки зрения действительно поразительный город!
Кроме картин, Сталлоне привез в северную столицу и свои легендарные боксерские перчатки. Их он торжественно презентовал патронессе местного благотворительного фонда. Трофей вскоре продадут с аукциона, а вырученные деньги направят на помощь тяжелобольным детям.
– Эти перчатки используются не для боев, – уточнил Сталлоне, – а для спарринг-тренировок. Они больше чем боевые перчатки. Видите, у меня вся рука переломана (Сильвестр демонстрирует левую руку, ведь он левша), пальца частично нет – это все результат боксирования. Поэтому для тренировок я использую специальные перчатки. И у какого-то счастливца в коллекции они тоже скоро появятся!
Юлия Хожателева