К юбилейному сезону центра творческих индустрий (ЦТИ) "Фабрика" искусствовед Сергей Хачатуров и директор центра Ася Филиппова сделали выставку "Нотации" — о музыке в искусстве.
Основанная в 2005 году "Фабрика" быстро стала показательным примером московской джентрификации. На месте бывшей фабрики технических бумаг "Октябрь" возникла характерная для творческой экономики Москвы текучка галерей, офисов, мастерских, резиденций и прочих мелких производств. В отличие от "Винзавода", "Фабрика" располагается за пределами Садового кольца, что, с одной стороны, удешевляет аренду, а с другой — сокращает поток посетителей, психологически привязанных к центровым маршрутам.
Это дает особую свободу выставочной политики, позволяющую вкладывать энергию и небольшие деньги в проекты, которые можно было бы назвать некоммерческими, если бы в России был развитой коммерческий сектор искусства. Скорее "Фабрика" оказывает несколько меньше давления на художников и кураторов благодаря демонстративному отсутствию формата и своего зрителя. Каждая выставка делается с нуля, без предыстории и последовательности, и это хороший шанс как для дебютов, так и для сложных высказываний, обращенных к редким ценителям.
Выставка, подготовленная Сергеем Хачатуровым и Асей Филипповой, относится скорее к редкому для "Фабрики" жанру исследовательских, почти музейных проектов. В "Нотациях" речь идет о музыке и ее записи. Искусство последних 100 лет нередко обращалось к этой теме: от цветомузыки Скрябина и теоретических трудов Кандинского к графическим партитурам Джона Кейджа и работам со звуком в инсталляциях и видеоарте вопрос соответствий на пересечении зрения и слуха регулярно затрагивался и "чистыми" художниками, и композиторами. А уж клиповая культура и мышление и вовсе неразрывно соединили в нашем восприятии картинку с нотой.
Единой теории по поводу взаимоотношений звука и цвета быть не может, оттого и авторы разных поколений, собранные под одной крышей Хачатуровым и Филипповой, играют на разных инструментах. Может быть, единственным объединяющим началом для них явилась склонность к минимализму — как в работах, так и в музыкальных реминисценциях. Единственным исключением стала работа живописца и куратора Егора Кошелева, скопировавшего на специальный пюпитр ноты из эрмитажного "Птичьего концерта" Франса Снейдерса и дополнившего их изображениями сов.
Середину зала занимает инсталляция молодого художника Яна Тамковича, посвященная Марселю Дюшану и его любимому спорту — шахматам. Обилие деталей создает ощущение выставки в выставке, что не играет на руку работам попроще — даже если они не стреляют вхолостую, но по сравнению с Тамковичем выглядят синглами рядом с двойным альбомом. Скульптор Наталья Зинцова сделала видео, посвященное американскому композитору Стиву Райху, где под его музыку в коробке с детским деревянным конструктором пляшут супрематические детали.
Сергей Шутов тоже сделал видео с пятью метрономами, настроенными на разные ритмы, что вместе дает ощущение нарастающего саспенса. Лауреат "Инновации" и премии Кандинского Вадим Захаров взял отчетливо (некоторым показалось — навязчиво) политический тон, выложив ноты "Калинки" мандаринами на колючей проволоке.
Во всем противоположна сатире Захарова инсталляция Яши Веткина — здесь настоящие и нарисованные на оберточной бумаге катушки с фильмами сопровождаются записью характерных щелчков киноаппарата. Работа под лапидарным названием "На полке" исследует гипотезу Малевича о том, что "цель музыки — молчание", и достигает крайне редкого даже для минимализма эффекта отсутствия.
Валентин Дьяконов