Читаем украинское: рецензия на книгу Спати з жінками Андрея Любки

"Сегодня" продолжает рубрику, в которой мы публикуем рецензии на книги украинских писателей (пишущих как на русском, так и на украинском языках).

Главный критерий отбора прост: "Не потому, что наше, а потому, что достойное". Итак, встречайте: Андрей Любка и сборник его эссе "Спати з жінками".

Признаюсь сразу, первые истории сильно злят. Читаешь их и чувствуешь, как внутри, словно столбик ртути в термометре, растет раздражение. Дело в том, что у меня врожденное литературное неприятие текстов, в заголовке которых мелькают слова "Любовь" и "Смерть". А тут — бах, и первое эссе: "Смерть і ще тисяча приводів для любові". А потом третье: "Люби мене навіть по смерті". Молодой герой — сам автор, который постоянно пьет вино, высокопарно рассуждает о Ницше и о том, как хорошо просыпаться в Италии. Сидишь, читаешь и злобно бормочешь: "Тоже мне, Януш Леон Вишневский выискался. Лирик и романтик в одном флаконе!".

В суд і назад мене везли у вантажівці з написом "Хлеб" на бортах.

А потом… потом это вдруг начинает "цеплять". Первым таким попаданием стало эссе "Великий Барток и маленький Виноградів". Оно о том, что композитора Бела Бартока знает весь мир, а в Виноградове (Закарпатье), где он прожил четыре года, память о нем поросла травой. А ведь это мог бы быть наш Шопен, наш Моцарт. Но Украина — такая своеобразная страна, которой не нужны собственные гении.

Окончательно покоряет эссе "Хліб коментатора" — о том, как Андрея задержали за участие в митинге против фальсификаций президентских выборов в Беларуси. В этой истории поражает не сам факт задержания, не дежурно-воспитательные удары кийками по почкам и даже не то, что шнурки забрали (обычное дело), а то, что в суд писателя и его соратников везли на машине с надписью "Хлеб". То есть не в пресловутом воронке, а в машине, закамуфлированной под мирную.

Через вулицю є наливайка. Дуже миле місце, сорок видів горілки.

А еще в сборнике есть пронзительная история о цыганах, оказавших сопротивление нацистам в концлагерях (вы об этом знали?), о славянах, которых должна объединить сливовица, о том, что хранят старые блокноты, о словах, которые мы говорили любимым, но которые не сдержали, о революциях и знакомствах в автобусах.

И тогда я понял: то, что поначалу воспринимается как писательские "понты", оказываются и не "понтами" вовсе. Что это все искренне — от сердца. Что Любка — законченный эстет. Для многих это слово хуже злого ругательства, а для меня же — комплимент. Ну нравятся мне люди, которые уважают хорошее спиртное, путешествуют, думают, изучают мир, читают, восхищаются женщинами и отменно пишут. Отдельное "спасибо" автору за то, что открывает для нас великолепного польского поэта Богдана Задуру.

Книгу можно купить на:

book-ye.com.ua за 101, 40 грн

yakaboo.ua за 120 грн

Панченко Алекс 

МинПром