Печерский районный суд Киева в очередной раз отказался закрыть уголовное дело экс-премьера Юлии Тимошенко. Таким образом, судья Родион Киреев не поддержал ходатайство экс-премьера.
По словам судьи, согласно Уголовно-процессуальному кодексу, если на данной стадии судебного процесса выявлены обстоятельства, которые могут стать основанием для закрытия уголовного дела, суд все равно обязан дослушать дело до конца и в случае доказательства невиновности подсудимой вынести оправдательный приговор.
Также Р.Киреев вернул защитникам материалы, которые были поданы вместе с ходатайством, поскольку эти материалы ранее уже были привлечены судом к материалам дела.
Подавая ходатайство, Ю.Тимошенко отметила, что для того, чтобы понять, превысила ли она полномочия, подписав директивы НАК "Нафтогаз Украины" на заключение газовых соглашений с Россией в 2009 году, необходимо выяснить, предусмотрено ли украинским законодательством исключительное право Кабмина как коллегиального органа принимать такие документы.
Экс-премьер считает, что в ходе судебного следствия защита доказала, что национальное законодательство не только не предоставляет Кабмину единоличного права принимать такие документы, но прямо запрещает органам государственной власти вмешиваться в деятельность хозяйствующих субъектов. Также, по словам экс-премьера, необходимо установить, понесла ли компания Укртрансгаз убытки по транспортировке российского газа в страны Европы в 2009 году.
В свою очередь прокуратура заявила, что Уголовно-процессуальный кодекс не предусматривает право суда закрывать уголовное дело на этой стадии. По мнению прокуратуры, суд должен дослушать дело до конца и в случае отсутствия доказательств вины Ю.Тимошенко вынести оправдательный приговор.
Напомним, что Ю.Тимошенко обвиняется в том, что 19 января 2009 года утвердила директивы Кабмина как коллегиального органа на заключение экономически невыгодных для Украины газовых контрактов с Россией, за которые в действительности, по данным досудебного следствия, правительство голосовать отказалось. Экс-премьер утверждает, что подписанный ею документ, хотя и является директивой, – фактически это ее личное поручение как премьера, которое, по ее словам, она имела право давать.
