В субботу российский премьер Владимир Путин стал кандидатом в президенты России, пока еще неформальным и при этом, по сути, единственным. Таким же единственным и неповторимым кандидатом в премьеры стал президент Дмитрий Медведев. О том, как происходила перемена мест, от которой менялась сумма впечатлений специального корреспондента "Ъ" АНДРЕЯ КОЛЕСНИКОВА.
Перед началом работы второго дня съезда в Лужниках была такая же праздничная и вместе с тем тревожная суматоха, как перед началом любого матча. Уже на дальних подступах к ледовой арене я увидел конную полицию, состоящую отчего-то исключительно из девушек (ну и лошадей, конечно, чего уж там). Очевидно, это была романтическая и отчаянная попытка создать позитивный образ полиции в глазах участников и зрителей этого оказавшегося договорным матча.
Делегаты съезда долго не могли найти себе места. Многие места на площадке были заняты неприкасаемыми именными табличками. Музыкант Игорь Бутман, например, рассказал мне, что один из организаторов предупредительно посадил его в одном из первых рядов, по-хорошему посоветовав изо всех сил держать оборону, как вратарю в play-off в дополнительное время, чтоб ненароком не вылететь (все равно что из партийных списков). Хоккеисту Игорю Бутману два раза это объяснять не пришлось. Он выдержал натиск нескольких нападающих делегатов и отбил все броски на свое место.
Но не всем удалось оставить ворота в неприкосновенности. Особенно тяжко пришлось тем, кто занял место для товарищей (по партии), а когда диктор за несколько минут до начала объявил, что можно занимать свободные места, на них начали набрасываться. Я видел, например, как на одно место единомышленники бросали сразу два портфеля, а сверху все равно с торжеством садился какой-то нувориш.
Наконец у входа в 4-й сектор появились Владимир Путин и Дмитрий Медведев (или наоборот).
— Верим в команду! — раздался крик с соседней трибуны.
Реплика повисла над площадкой и так и осталась висеть до конца дня.
То, что произошло дальше, слишком хорошо известно. Владимир Путин предложил, чтобы Дмитрий Медведев шел первым номером в предвыборном списке "Единой России". Он сказал, что договоренность, кто из них будет выдвинут в кандидаты в президенты России, на самом деле достигнута несколько лет назад. При этом осталось непонятным, почему он не так уж давно сказал, что им надо будет сесть и договориться.
А Дмитрий Медведев, отвечая любезностью на любезность, предложил Владимира Путина на должность президента. Сам он оказался готов (морально и физически) занять должность председателя правительства.
Это был самый предсказуемый вариант. Об этом кому не лень говорили уже четыре года назад, сразу после президентских выборов. Это был самый предсказуемый, а значит, самый невероятный вариант. Им все-таки удалось нас удивить. Это был сюрприз.
Премьер произнес длинную программную предвыборную речь. Это была не только предвыборная программа партии на парламентских выборах. Эта речь была и его собственной предвыборной программой на президентских выборах. И это была либеральная речь, напоминающая те, с которыми он выступал в начале своего первого президентского срока.
Владимир Путин спустился со сцены и обнял Дмитрия Медведева. Зал обрадовался так, как будто председатель партии лично обнял каждого игрока на этом поле и болельщика.
Дмитрий Медведев выступил с ответным словом и обнял Владимира Путина. Глава партии присоединился к объятиям первого номера списка.
Владимир Путин предложил утвердить предложение по поводу первого номера.
— Есть ли другие предложения? Кто против? — спросил премьер.
В партере раздался дружный смех. Делегаты оценили шутку.
Начали раздавать долгожданные списки кандидатов в госдуму, и в проходах образовалась легкая давка: делегаты жаждали удостовериться, что они пронумерованы.
— Я надеюсь, успели внести фамилию "Медведев"? — спросил премьер.— Мы оставляли прочерк, должны были спросить мнение съезда.
Мнением и стал смех зала в ответ на вопрос: "Кто против?"
Изучить списки более или менее подробно никто не успел: пора было голосовать. Пока голосование не состоялось, глава партии стоял на сцене около микрофона: делегаты должны были понимать, что он все видит.
На самом деле внести фамилию "Медведев" не успели. Голосовали за прочерк, хотя было ясно, что этот прочерк стоит всех остальных фамилий (кроме одной).
Потом, после перерыва, когда журналисты разъехались в уверенности, что президент и премьер уехали в Завидово встречаться с Виктором Януковичем (см. стр. 1, 2), они неожиданно вернулись в зал. Было такое впечатление, что они теперь будут неразлучны по крайней мере до выборов, причем президентских.
Владимир Путин подвел итоги голосования: "за" списки — 585 человек, "против" — один.
За несколько минут до этого, пока в перерыве подводили результаты, я спросил в фойе у главы РСПП Александра Шохина, собирается ли он возвращаться на лед.
— Да, наверное, схожу…— пожал он плечами.
— Хотя зачем?
— Хотя зачем…— согласился было он, но потом спохватился.— По крайней мере, узнать, почему Владимира Путина, лидера партии, нет вторым номером в списке. Хотя я, кажется, знаю…
— И почему? — спросил я.
— А потому что традиция такая! Премьер же говорил в начале. И Дмитрий Медведев поэтому первым номером стал…
Я потом думал над этими словами и — нет, не согласился.
Один из них может быть президентом, другой премьером. Это может быть. Но вот чего не может быть.
Владимир Путин не может быть вторым номером.
Андрей Колесников
