ПРЕДЫСТОРИЯ: Разочарованные инвесторы
Многие инвесторы восприняли высказывания главы ЕЦБ Марио Драги во время выступления 26 июля на лондонской конференции как сигнал, что банк скоро начнет покупать гособлигации, чтобы бороться с ростом стоимости заимствований для стран, оказавшихся в трудном положении. «ЕЦБ готов сделать все необходимое, чтобы сохранить евро, – сказал Драги. – И, поверьте мне, этого будет достаточно».
Предвкушая решительную интервенцию ЕЦБ, фондовые рынки оживились после этой речи. Евро укрепился по отношению к доллару, а доходность по испанским и итальянским облигациям резко упала.
Однако неделю спустя, вместо того чтобы обнародовать план спасения, которого ждали многие инвесторы и эксперты, Драги раздавил надежды на то, что ЕЦБ предпримет решительные шаги. После заседания правления банка, которое состоялось 2 августа, Драги заявил на пресс-конференции, что планы ЕЦБ могут включать покупку гособлигаций, но только после того, как правительства соответствующих стран обратятся за помощью, и если Европейский стабилизационный механизм отреагирует первым. Драги также отметил, что Йенс Вейдманн, глава немецкого Bundesbank, был единственным из 23 членов правления, который высказался против интервенции.
Разочарованные инвесторы тут же спровоцировали рост доходности по испанским и итальянским облигациям.
«Он ввел рынки в заблуждение, – заявил Йорг Крамер, главный экономист немецкого Commerzbank, отвечая на вопросы репортера International Herald Tribune Джека Ивинга. – Он породил ожидания, которые не мог оправдать».
Анализируя эти события, Ивинг отметил, что «инвесторы могут также столкнуться с тем, что попытки банка снизить стоимость заимствований для Испании и Италии сдерживаются возражениями Германии против покупки облигаций».
Учитывая вал сообщений о высказываниях Марио Драги на инвестиционной конференции в Лондоне (не говоря уже о последующей реакции рынков), мне кажется странным, что столь немногие поняли, что действительно хотел донести до нас глава ЕЦБ. Это прозвучало куда более странно, чем можно было понять из сообщений СМИ, и там была явная горестная нотка.
Мое внимание привлекла вот эта часть его выступления: «Евро как шмель. Это загадка природы, потому что шмель не должен летать, однако делает это. Так что евро был шмелем, который очень хорошо летал на протяжении ряда лет».
«Встает вопрос: как такое было возможно? Вероятно, было что-то такое в атмосфере, в воздухе, что позволяло шмелю летать. Теперь же что-то изменилось, и после финансового кризиса мы знаем, что шмелю придется стать настоящей пчелой. И именно это он делает».
Дело в том, что мы отлично знаем, почему этот шмель мог летать: мощные потоки капитала из центра на периферию привели к инфляционному буму на этой самой периферии, что позволило немецкой экономике, находившейся в депрессии в конце 90-х годов, добиться значительного роста конкурентоспособности и, следовательно, профицита торгового баланса без необходимости переживать болезненную дефляцию.
В свою очередь, это означало умеренную инфляцию в еврозоне в целом – чуть более 2% с 1999 по 2007 год.
Чтобы эта штука продолжала летать, нужно своеобразное обратное воспроизведение того же процесса – инфляционный бум в Германии, чтобы периферия могла восстановить конкурентоспособность без разрушительной дефляции. И для этого потребуется более высокая инфляция, потому что требуемая коррекция серьезнее и потому что на периферию приходится меньшая часть ВВП еврозоны, а это означает, что общая инфляция должна быть сильнее, чтобы обеспечить нужный уровень коррекции.
Ничего подобного не происходит. Германия, вероятно, близка к тому, чтобы обеспечить полную занятость, но она не переживает инфляционного бума, а ожидаемая инфляция в еврозоне ниже 1%.
Что же касается превращения в настоящую пчелу… Для этого нужно время, которого у Европы нет.
КОММЕНТАРИИ ЧИТАТЕЛЕЙ С САЙТА NYTIMES.COM
Сомнительный комплимент
В комментариях Марио Драги меня поразило то, что он сравнил евро не с орлом или соколом, а с нескладным шмелем, который едва способен летать. Интересно, а мог он подобрать еще более уничижительное сравнение?
– C., Огайо
Драги повторяет распространенный миф. Нет никакого секрета в том, почему шмель летает. Шмель и есть настоящая пчела.
– David, Великобритания
Г-н Кругман, легко говорить, что немцам следует смириться с более высокой инфляцией, потому что экономики США и других стран будут спасены, равно как и немецкие банки.
Однако немецкие налогоплательщики, вынужденные пожинать горькие плоды внутренней девальвации, ни о каком спасении и думать не смогут. Но вы все равно хотите, чтобы они подписались на это.
– B., Германия
Г-н Кругман, я искренне полагаю, что мы тут впустую тратим чернила. ЕС начнет предпринимать более решительные шаги, когда ключевые страны вроде Германии и Франции ощутят последствия кризиса. До тех пор вам и мне и любому другому здравомыслящему человеку будет так же одиноко, как Уинстону Черчилю, который провел почти 10 лет в изгнании, пока не началась Вторая мировая война и люди поняли, что он был прав.
– Vagelis Giannisis, Швеция
Мнение, что это европейская проблема, которая может быть решена только силами Европы, неверно. Мы вовлечены в глобальную конкуренцию, однако некоторые европейские правительства ведут себя так, как будто мировая экономика не менялась с 1970 года. Если говорить откровенно, некоторые европейские страны никогда не интересовались глобальным рынком и теперь несут заслуженное наказание. Но не воображайте себе, что мы, немцы, пожертвуем нашими позициями, чтобы помочь странам, которые не способны конкурировать.
Германия стоит перед выбором: отстать вместе с другими европейцами или идти в ногу с быстроразвивающимися странами и США.
– M.W., Германия
Корректировка обменного курса была невозможна в еврозоне, поэтому вместо этого Германия приобрела более высокую конкурентоспособность, чем Греция, Испания, Италия и другие страны.
Это привело к профициту торгового баланса Германии. В настоящий момент невозможно справиться с еврокризисом без полного пересмотра немецкой политики в области оплаты труда.
– O., Германия
Пол Кругман
