Вопросы украинской политики энергообеспечения и цена, которую Украина платит за энергоносители, всегда были тесно связаны с пограничными вопросами отношений (и энергетической зависимости) Украины с Россией. Это в свою очередь влияет на выбор, который Киеву неизбежно придется сделать в отношении возглавляемого Россией Таможенного союза (ТС) и Соглашения об ассоциации и создании глубокой и всеобъемлющей зоны свободной торговли с Европейским Союзом (AA/DCFTA).
На лицо все признаки того, что стоящая перед Киевом дилемма в последнее время стала особенно острой в связи с тем, что страна находится на критически важном этапе перед наступлением в мае крайнего срока, когда Украина должна будет продемонстрировать выполнение обозначенных Брюсселем условий для продвижения подписания AA/DCFTA. Со своей стороны Москва выставила собственные условия и подчеркивает, что Киев не будет иметь никакого влияния на ТС в качестве всего лишь "наблюдателя", и что ввиду снижения значения Украины как транзитного государства Москва будет рассматривать возможность участия в газовом консорциуме с Украиной только при условии выхода Киева из Энергетического Сообщества с ЕС. Как выразился Пол Гобл, авторитетный американский комментатор, известный своими антироссийскими взглядами, Москва фактически "требует от Украины порвать с Западом в обмен на хорошие отношения с Российской Федерацией".
Станет ли гидроразрыв поворотным фактором для Украины?
В таком контексте дополнительную значимость принимает предположение о том, что добыча сланцевого газа методом гидравлического разрыва пластов ("гидроразыва") может стать тем фактором, который поменяет правила игры для Украины. Как уже подробно освещалось в сообщениях о январском соглашении, подписанном в присутствии Президента Януковича между украинской властью и компанией Royal Dutch Shell во время второстепенной программы мероприятий в ходе Всемирного экономического форума в Давосе, считается, что Украина владеет по некоторым оценкам 1,2 триллионами кубометров запасов сланцевого газа, что является третьими по величине запасами в Европе. Украинские чиновники говорят о том, что инвестиции Shell по всей вероятности составят около 10 миллиардов долларов США, но также не исключают того, что сумма может достичь 50 миллиардов. В мае 2012 года компании Shell и Chevron выиграли тендеры на разработку соответственно Юзовского и Олесского месторождений сланцевого газа. А в августе того же года ExxonMobil (главный оператор), Shell, OMV Petron (Румыния) и государственная компания "Надра Украины" выиграли тендер на добычу сланцевого газа на Скифском нефтегазоносном участке черноморского шельфа. Компании Shell и ExxonMobil исследуют возможности разработки месторождений сланцевого газа в бассейнах Львовской и Донецкой областей.
По мере того как Украина будет продвигаться с планами добычи сланцевого газа, все громче будут звучать соперничающие заявления приверженцев, сулящих экономические выгоды, и противников, предостерегающих об опасностях для экологии. Известно, что технология гидроразрыва пластов вызывает множество споров везде, как в отношении последствий для окружающей среды, так и в плане влияния на экономику.
В Соединенных Штатах применение этой технологии способствовало резкому экономическому подъему некоторых регионов (что наиболее заметно на примере Северной Дакоты) и уже стало фактором стремительного падения цен на газ (достигших самого низкого уровня за последние 35 лет), а также снижения уровня некоторых выбросов вследствие замены использования угля. В других регионах перевешивают опасения относительно негативных последствий для экологии. К примеру, в штате Нью-Йорк (поскольку многие за пределами Соединенных Штатов могут не осознавать, что Нью-Йорк – это не только город, но и штат, площадь которого превышает площадь Греции или Болгарии) в виду действующего с 2008 года моратория фермеры могут только наблюдать, как их соседи из Пенсильвании по другую сторону границы получают крупные выплаты, в то время как им самим запрещено давать разрешение на производство гидроразрывов на своих землях. (В США, в отличие от многих стран, частные землевладельцы владеют правами на разработку недр, и таким образом обеспечивается, что созданные материальные блага идут не только правительству или энергетическим компаниям.)
Аналогичная драма разыгрывается и в Европе, где, к примеру, французские защитники окружающей среды, страшащиеся окончания десятилетнего запрета на гидроразрывы, вместе с противниками данной технологии все еще одерживают верх. Даже соседствующая с Украиной Польша, которая рассматривалась как один из наиболее перспективных регионов для использования данной технологии, испытала некоторое охлаждение из-за неудовлетворительных результатов предварительных геологоразведывательных работ и обвинений правительства в попытках заставить критиков замолчать.
Вопрос о применении гидроразрыва обостряет внутренний политический раскол Украины и ее геополитические выборы
Характерным является то, что споры по поводу применения гидроразрыва пластов в Украине приобрели политическую окраску, хотя и в неожиданном ключе. Как заметил Тарас Кузьо, ведущий обозреватель по вопросам Украины:
"Обычно пророссийски настроенная и поддерживающая Януковича Коммунистическая партия Украины (КПУ) и две из трех оппозиционных партий ("Свобода" и "Батьківщина") выступают против добычи сланцевого газа. Премьер-министр [Николай] Азаров сказал заместителю госсекретаря США Венди Шерман в Киеве 19-го марта: "Пусть они вам объяснят, чьи интересы они защищают. С одной стороны, языком болтают против России, с другой стороны, являются, по сути, агентами Российской Федерации." В то же время, администрация Януковича – которую часто считают на западе "пророссийской" – поддерживает то, что может оказаться наиболее выигрышной для Украины картой в плане уменьшения ее зависимости от Москвы."
[ПРИМЕЧАНИЕ: Среди оппозиционных сил УДАР уклонился от присоединения к протестам против применения гидроразрывов, возглавляемым "Свободой" и"Батьківщиной".]
Описывая ситуацию в нескольких словах, можно отметить, что для Украины политическая сторона добычи газа методом гидроразрывов отражает не только сложный комплекс экономических и экологических факторов, которые присутствуют и в других странах, но также отсутствие дееспособности и категоричный отказ от компромиссов, которые проявляются практически во всех вопросах, от судебного преследования Юлии Тимошенко до кулачных боев в парламенте, спровоцированных использованием русского языка. К примеру, даже если разработка сланцевых месторождений таки оправдает возложенные экономические надежды, Александр Мотыль, критик правительства Януковича, предсказывает, что "глубоко коррумпированный и все более авторитарный режим Януковича пустит легкие деньги, полученные от добычи сланцевого газа, на то, чтобы стать еще более коррумпированным и авторитарным, и будет еще больше полагаться на силовые структуры, чтобы оставаться при власти. Будучи и так неконкурентоспособной, украинская экономика еще более утратит позиции, а население еще более обеднеет. С нарастанием народного гнева в сторону беззаконного и репрессивного режима будет возрастать и потенциал массового всенародного взрыва."
Учитывая то, что украинская политическая жизнь так же склонна к образованию трещин и изломов, как и горная порода под натиском новых технологий, можно ожидать, что дебаты по данному вопросу примут наиболее экстремальные формы – приверженцы будут приветствовать добычу сланцевого газа как "палочку-выручалочку", волшебное решение, которое превратит Украину в энергетическую "супердержаву", а противники будут бить в набат, пророча экологический "геноцид".
Однако, исходя из опыта других стран, между этими двумя полюсами "технологического Набукко" или "химического Чернобыля" имеется довольно большое пространство. В то время как Украина бьется над тем, есть ли будущее у потенциальной добычи сланцевого газа, необходимо все-таки приглушить риторику и выслушать мнения всех заинтересованных сторон, а не только соперничающих политиков, по всему комплексу взаимосвязанных вопросов. Это включает и величину ресурсов, которые можно оценить (а также влияние на украинские цены на газ и энергетическая независимость), и отношения с Россией и Европой, и вероятные экологические и потребительские последствия для украинцев, и то, как наилучшим образом распорядиться ожидаемыми доходами.
Это потребует полного и всестороннего публичного обсуждения всех точек зрения, включая мнения приверженцев и оппонентов применения гидроразрывов с позиций промышленников, экологов и потребителей, которое должно происходить в атмосфере конструктивного диалога, непредубежденности и взаимного доверия. Это было бы непростой задачей для любой страны, а тем более для Украины.
Джеймс Джордж Джатрас, заместитель директора Американского Института в Украине
