Десять лет назад восемь стран бывшего советского блока, а также Мальта и Кипр вступили в Европейский союз. Количество членов ЕС увеличилось с 15 сразу до 25. Многие опасались, что расширение создаст в Евросоюзе напряженность. Новые члены из Центральной и Восточной Европы были бедны, а в экономике некоторых большую роль играло сельское хозяйство. Поскольку ЕС тратит деньги в основном на поддержку бедных регионов и фермеров, считалось, что расширение ляжет на европейский бюджет чрезмерным бременем.
Проблему решили в духе европейского компромисса. Расширение продолжилось, пусть и за счет уменьшения бюджета относительно общеевропейского ВВП. Сегодня проблема сельского хозяйства стоит для Евросоюза куда менее остро, чем раньше. Более того, многолетний план финансового развития Евросоюза подразумевает, что вопрос «кто кому платит» будут поднимать только раз в семь лет.
Конечная цель интеграции – стимулировать рост ВВП и повышать уровень жизни. В этом смысле расширение было успешным: экономика присоединившихся стран стала развиваться ускоренными темпами. В середине 1990‑х кандидаты в члены Евросоюза заметно отставали от стран ЕС‑15 по уровню подушевого ВВП. Его значение у многих равнялось всего трети (а то и четверти) подушевого ВВП стран ЕС‑15 с учетом паритета покупательной способности. К моменту вступления новых членов в Евросоюз разрыв сократился. После присоединения выравнивание продолжилось, даже во время мирового финансового кризиса. Сегодня подушевой ВВП новых членов ЕС составляет почти две трети от уровня стран ЕС‑15. Более того, у беднейших новичков он рос быстрее, чем у самых бедных членов ЕС‑15 (сегодня у Португалии и Греции подушевой ВВП снизился до значений 1990‑х годов). Вот почему рынок труда богатых стран ЕС‑15 не заполонили работники из восточных стран – членов ЕС.
То, что новые члены были бедны, в итоге сыграло на руку и им, и членам ЕС‑15. Европейские фирмы (особенно немецкие) могли отдавать трудоемкие процессы на аутсорсинг в небогатые страны. Европейские корпорации повысили международную конкурентоспособность, а восточные члены ЕС получили столь необходимые им прямые инвестиции, рабочие места и знания.
Не все аспекты расширения оказались столь же удачными. Значительную часть помощи из бюджета ЕС новые страны‑участницы потратили на статусные проекты, обогатившие местные строительные компании. Но это проблема не только новичков. То же – в Италии и Греции с их неэффективными системами госуправления и высоким уровнем коррупции. У многих членов ЕС из Восточной Европы качество госуправления до сих пор намного ниже, чем в ЕС‑15. И все же в целом расширение можно расценивать как успех.
Опасались, что одновременное присоединение 10 стран парализует европейские ведомства. Этого не случилось. Новые участники плавно интегрировались в институты ЕС и защищают там свои национальные интересы так же эффективно, как и старые члены. Сложности Евросоюза в последние годы мало связаны с его увеличением.
В свое время многие недооценили самое важное последствие расширения ЕС: его границы придвинулись к российским. Ставшая авторитарной Россия видит, как в ЕС бедные страны богатеют и развивают демократию. Такая близость к Европе для РФ дискомфортна. Перспективы сравнительного процветания и свободы оказались привлекательными для народа Украины. Настолько, что он сверг президента, который предпочел «Евразийский союз» во главе с Россией соглашению об ассоциации с ЕС. К сожалению, значительная, пусть и меньшая часть населения на востоке Украины не разделяет ее европейский выбор и напугана недавними событиями. Россия поддерживает эти настроения и накаляет обстановку военными и другими методами. Правящий режим РФ считает, что пример процветающей и демократической европейской Украины опасен.
Сегодня, через 10 лет с начала расширения ЕС, характер стоящих перед ним проблем изменился. Оказалось, что внутренние противоречия можно решить. Но ЕС должен противостоять внешним вызовам, к которым плохо готов. Не обязательно ждать еще десятилетие, чтобы узнать, поможет ли Евросоюз стабилизировать ситуацию в Украине. Делать это придется в условиях противостояния с Россией, чье руководство видит угрозу в основных европейских ценностях – демократии и верховенстве права.
Даниэль Грос
