Богатые страны надели смирительную рубашку на поставщиков энергоресурсов.
Страны-поставщики энергоресурсов постепенно утрачивают свой главный козырь — абсолютный диктат цен на сырье — и все сильнее зависят от прихоти мировых спекулянтов. Сохранение нынешних тенденций может серьезно ослабить экономики добывающих государств, а в более отдаленной перспективе даже спровоцировать смену в них недемократических правящих режимов
Нефтяники подкосят производителей труб
Пока что в трубном производстве эксперты отмечают меньший спад по сравнению с металлургическими предприятиями, средняя загрузка которых не превышает 50% от показателей лета текущего года. По словам гендиректора ассоциации «Укртрубпром» Леонида Ксаверчука, в целом по отрасли объемы производства отечественных предприятий всего на 8% ниже соответствующего периода прошлого года.
Ситуация на предприятиях не одинаковая, однако падение производства труб на отдельных предприятиях выглядит достаточно серьезным в сравнении с летними месяцами. К примеру, производство на Нижнеднепровском трубопрокатном заводе в июле составило 52,7 тыс. т, в августе — 49,4, а в октябре — всего 35,9 тыс. т, или на 32% меньше показателей августа; на Луганском трубном заводе в июле было произведено 33,2 тыс. т, в августе — 27,1, в октябре — 24,1 тыс. т; на заводе «Коминмет» в июле — 21,1 тыс. т, в августе — 19,6, в октябре — 14,2 тыс. т. Основной игрок украинского трубного рынка — компания «Интерпайп» Виктора Пинчука прогнозирует, что снижение производства на ее предприятиях в четвертом квартале текущего года по сравнению с третьим составит 57%.
На этом фоне, тем не менее, удалось увеличить показатели Харцызскому трубному заводу, который специализируется на производстве труб большого диаметра. В июле предприятие произвело 34 тыс. т продукции, в августе — 30,5, в октябре — 47,8 тыс. т. На работе ХТЗ, очевидно, отразилось выполнение заказа для узбекского и казахского участков проекта «Средняя Азия — Китай», и до окончания поставок под проект ХТЗ будет оставаться в более-менее стабильном положении по сравнению с другими заводами.
Спрос на трубы тесно связан с ситуацией на мировом нефтегазовом рынке, который является основным потребителем трубной продукции. «Мы уже сегодня видим негативные процессы. Ряд проектов отложен на два-три года до улучшения ситуации. В первую очередь пострадают затратные проекты добычи нефти в сложных условиях, такие как добыча высоковязкой нефти, добыча на шельфе и другие», — говорит директор энергетических программ Центра им. Разумкова Владимир Сапрыкин. По его мнению, будут подвергнуты пересмотру и проекты строительства новых трубопроводов по транспортировке нефти и газа ввиду сложностей с привлечением финансирования. Основную долю украинского производства и экспорта составляют бесшовные трубы, использующиеся в нефтедобыче и машиностроении, и около половины экспорта данного сортамента традиционно поставляется на российский рынок. «Нефтедобывающие компании, ранее одни из самых платежеспособных покупателей, сейчас на фоне падения цены на нефть до $50 за баррель сокращают добычу и приостанавливают инвестиции», — говорит и.о. начальника отдела инвестиционного консалтинга компании «Юпрас Капитал» Александр Макаров. В «Интерпайпе» соглашаются, что падение нефтяных цен может повлиять на заказы и прогнозируют на будущий год снижение мирового трубного рынка на 15–20%. «Самый низкий спрос придется на зимний период, когда ценовая нестабильность и большие запасы на складах будут усилены влиянием слабой сезонной потребительской активности. Клиенты на рынке займут выжидательную позицию, а банки будут сдерживать кредитование», — говорит директор по корпоративным отношениям «Интерпайпа» Олег Кузьмин.
С другой стороны, несмотря на падение цен на 30–50% в зависимости от сортамента, в трубной отрасли пока нет такого тотального отсутствия заказов, о котором заявляют представители отдельных металлургических комбинатов.
НЕФТЯНОЙ АРГУМЕНТ
Развитые страны уже не первое десятилетие пытаются избавиться от ценового диктата на энергоресурсы и в первую очередь на нефть, которая является индикатором формирования цен на большинство других видов сырья. Как поясняет британская Times, цена «черного золота», превышающая $100 за баррель, создает серьезнейшую опасность для мировой экономики. Это грозит новым витком инфляции в богатых государствах, а также усиливает геополитические риски за счет перераспределения примерно 7% общемирового ВВП (около 4 триллионов долларов в год) из стабильных государств Америки, Европы и развивающихся регионов Азии к потенциально враждебным режимам, увеличивая степень их агрессивности. Например, Иран в 1997 году, когда баррель нефти стоил около $16, предлагал Израилю и другим странам вести цивилизованный диалог. А в 2005 году, когда цена подскочила до $60, резко изменил риторику, пообещав стереть Израиль с лица земли. Наличие сверхприбылей от экспорта нефти дало возможность венесуэльскому диктатору Уго Чавесу послать британского премьера «ко всем чертям вместе с американской идеей свободной торговли».
Влияние цен на нефть на внешнюю политику России стало предметом отдельного исследования американских экспертов. Последнее такое исследование было проведено Институтом американского предпринимательства (American Enterprise Institute), результаты которого обнародованы в сентябре этого года. Такой вывод исследователи сделали, проанализировав события за период с января 2000-го по сентябрь 2007 года. Под «агрессивностью» авторы исследования подразумевали те действия России, которые в той или иной степени ущемляли интересы стран Запада. Авторы исследования считают, что значительные политические события, такие как война в Ираке и «цветные революции» в странах СНГ, оказывали на агрессивность российской внешней политики намного меньшее влияние, чем уровень цен на энергоресурсы. Как установили эксперты, удорожание барреля нефти на $1,48 увеличивало «рейтинг агрессивности» России на 1 балл. С декабря 2001 года по сентябрь 2007-го мировые цены на нефть выросли с $17,37 до $73,88 за баррель — за этот же период «уровень агрессивности» поднялся с 17 до 55 баллов. Между ростом цен на «черное золото» и ростом уровня «агрессивности» существует определенный временной лаг — обычно один-три месяца.
Одним из последних подтверждений выдвинутой теории послужили события в Грузии: российские войска вступили в Южную Осетию 8 августа. А в середине июля цена на нефть достигла рекорда, величина которого еще долго не будет побита ($147,27 за баррель американской марки WTI и $145,46 за баррель марки Brent).
КОНЕЦ ЭПОХИ ДОРОГИХ РЕСУРСОВ
Теперь же о былых рекордах поставщики нефти и не мечтают. По прогнозам Международного энергетического агентства (IEA), средняя стоимость нефти на мировом рынке в 2009 году составит приблизительно $80 за баррель. IEA выпустило свой прогноз, когда цены на нефть на мировом рынке опустились ниже отметки в $60 за баррель. Цена декабрьского фьючерсного контракта на нефть марки WTI на Нью-Йоркской товарной бирже (NYMEX) во вторник, 18 ноября составляла $55,53 за баррель, стоимость фьючерса на нефть Brent на январь на лондонской бирже ICE Futures — $52,52 за баррель. По прогнозам Минфина России, цены на российскую нефть в 2009 году составят в среднем $50 за баррель. Другие поставщики «черного золота» еще более пессимистичны.
Генеральный директор China National Offshore Oil Corporation (CNOOC ) Фу Ченью сообщил, что на встрече национальных нефтяных компаний, которая проходила в Пекине 17–18 ноября, прогнозировалось, что нефтяные цены упадут примерно до $40 за баррель. Большинство аналитиков объясняют падение цен на нефть и снижение прогноза на ее стоимость в ближайший год рецессией, уже наступившей в ряде стран-потребителей нефти, а также спадом в конце 2008-го или в начале 2009 года роста экономик, которые еще в полной мере не прочувствовали влияния мирового кризиса. Что неизменно приведет к дальнейшему падению спроса на нефть и, соответственно, цен на нее.
ПЛАН СРАБОТАЛ
Однако нынешнее падение цен на нефть нельзя объяснить только этими факторами. Мировой спрос на нефть с начала 2008 года увеличился по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 880 тыс. баррелей в день прежде всего из-за растущих потребностей экономик Китая, Ближнего Востока и стран Азии. Соответствующие данные были опубликованы в ежемесячном докладе ОПЕК 16 сентября. Но на тот момент стоимость «черного золота» уже взяла курс на стабильное снижение.
«В странах, имеющих богатые природные ресурсы, как правило, преобладает диктаторский режим. Для стран Европы все это — негативная тенденция, поскольку ресурсные страны — враги демократии — полученные от продажи средства направляют, например, на поддержку терроризма. Чтобы не допустить дальнейшее наступление на демократию, развитые страны умышленно приняли решение сбить цену на природные ресурсы», — считает старший экономист «CASE-Украина» Владимир Дубовский. Это предположение косвенно подтверждается тем, что ценой на нефть ее поставщики фактически уже не управляют. Вместе с нефтепродуктами ежедневные объемы нефтяной торговли на мировых биржах сегодня в десять раз превышают совокупный объем ежедневной добычи сырой нефти во всем мире. Если спекулянты решат, что цена нефти должна упасть, никакая ОПЕК ее не остановит. К примеру, ее стоимость продолжала падать даже после того, как в октябре нефтяной картель принял решение сократить добычу на 1,5 млн. баррелей в сутки. При этом никто не может дать гарантии, что действия спекулянтов не корректируются «сверху» для достижения главной цели — ослабить экономики стран, потенциально опасных для существующего мирового уклада. Эта задача упрощается тем, что и после тридцати лет сверхвысоких доходов страны — члены ОПЕК все так же зависят от продаж нефти. Пятьдесят лет назад Венесуэла высказала идею направить нефтяные деньги на развитие отраслей, не связанных с добычей и экспортом этого сырья. Но, несмотря на то что ряд небольших стран накопили значительные финансовые резервы, размещенные за рубежом, попытки ближневосточных стран — членов картеля создать не связанные с нефтью экспортные отрасли потерпели полный провал.
РОССИЙСКАЯ МИШЕНЬ
В то же время, как полагают эксперты, большинство стран ОПЕК являются достаточно богатыми, чтобы выдержать даже среднесрочное кардинальное снижение доходов от экспорта нефти. Наиболее же болезненно эту ситуацию будет переживать Россия. Так, на 2008 год Саудовская Аравия формировала бюджет, исходя из цены на нефть на уровне $55, а Венесуэла планирует свой бюджет на 2009 год, исходя из средней цены на уровне $60. Россия же рассчитала финансовую смету страны на 2009–20011 годы (бюджет уже одобрен Госдумой и советом Федерации) из расчета $95 за баррель в следующем году, $90 — в 2010 году и $88 — в 2011 году. Хотя на данный момент цена на нефть марки Urals, которую поставляет Россия, опустилась ниже $50 за баррель.
Сырая нефть и газ составляют около 45% российского экспорта, а если считать вместе с нефтепродуктами, то почти две трети. Без углеводородов внешнеторговое сальдо России стало бы отрицательным, причем дефицит составил бы около 2% от ВВП. В случае же существенного сокращения экспорта в денежном выражении внешнеторговый баланс России может оказаться под угрозой дефицита. И для поддержания национальной валюты центробанку, который и без того тратит золотовалютные резервы на поддержание экономики в условиях кризиса, придется делать это активнее прежнего. В начале ноября международные резервы РФ превышали $475 млрд. Но с августа они сократились более чем на $100 млрд. Кроме того, недополучение доходов от продажи нефти чревато возникновением бюджетного дефицита. В результате России придется решать примерно те же задачи, которые решают все небогатые страны: либо покрывать кассовый разрыв за счет ранее накопленных средств, либо снижать расходы, либо выходить на рынок заимствований. Наконец, снижение стоимости нефти спровоцирует дальнейшее снижение стоимости российских нефтедобывающих компаний. За последние четыре месяца «Лукойл» подешевел на 70%, «Сургутнефтегаз» — на 50%, ТНК-ВР — более чем в три раза, а «Роснефть» — в 3,5 раза. Все это усложнит привлечение компаниями заемных средств, а значит, они уже не смогут активно вкладывать в разработку новых месторождений. Безусловно, происходящее не сделает из России страну третьего мира. Однако в среднесрочной перспективе может сильно ослабить ее влияние на международной арене и, уж точно, существенно умерит ее пыл в построении «русского мира».
