ПРЕДЫСТОРИЯ: Единый фронт
Столкнувшись с угрозой кредитного кризиса в Европе, Европейский центральный банк (ЕЦБ) второй раз за два месяца понизил процентные ставки. Это произошло 8 декабря. Чиновники также объявили, что банки смогут получать трехлетние чрезвычайные займы. Кроме того, была уменьшена норма резервов, которые банки обязаны депонировать в ЕЦБ.
Снижение процентных ставок было неожиданным отступлением от обычной политики ЕЦБ, которая осталась консервативной, несмотря на последствия европейского долгового кризиса. При прежнем его главе Жан-Клоде Трише ЕЦБ в этом году дважды повышал ставки. Последний раз – в июле, чтобы не допустить инфляции. Это делалось даже тогда, когда европейские лидеры обсуждали новый пакет помощи Греции.
Нынешний глава ЕЦБ Марио Драги заявил, что новые меры «гарантируют более широкий доступ банковского сектора к ликвидности и облегчат функционирование денежного рынка еврозоны».
9 декабря европейские лидеры согласовали договор, который предполагает более тесную экономическую и финансовую интеграцию в рамках Европейского союза.
17 стран, использующих евро, и по меньшей мере еще шесть других согласились на более строгий контроль за соблюдением ограничений на максимально допустимый размер дефицита бюджета, также было решено передать ЕЦБ контроль за двумя чрезвычайными фондами еврозоны. (Великобритания оказалась за бортом соглашения, после того как премьер Дэвид Камерон наложил вето на более раннюю версию документа, аргументировав свое решение тем, что британские банки должны быть освобождены от ряда ограничений, которые наложит новый договор.)
Г-н Драги заявил, что договор, составление которого будет завершено в марте, станет «основой для взаимодействия в бюджетных вопросах и более дисциплинированной экономической политики в еврозоне». Однако он не сообщил, будет ли ЕЦБ увеличивать закупки облигаций, чего как раз добиваются некоторые европейские лидеры.
Ранее в этом месяце европейские лидеры анонсировали план, который на первый взгляд казался полной чепухой.
Столкнувшись с кризисом, который вызван главным образом проблемами с платежным балансом (бюджетный кризис вторичен), они обязали всех соблюдать жесткую экономию, которая гарантированно приведет к рецессии, не решив при этом главной проблемы.
Но, по мнению множества наблюдателей (и даже в какой-то момент рынков), это должно было сработать, потому что боль дала бы ЕЦБ прикрытие для вмешательства и приобретения огромного количества итальянских и испанских облигаций. В сущности, план построен на том, что Драги сможет сотворить чудо и вместо рецессии получится рост.
Удивительно, насколько много здравомыслящих людей основывают свой анализ на предположении, что ЕЦБ сделает то, что должно быть сделано. Экономист Барри Эйкенгрин, являющийся экспертом во всем, что касается евро, начал свою аналитическую статью о перспективах на 2012 год с утверждения, будто глава ЕЦБ Марио Драги прискачет на помощь.
«Коллапс еврозоны будет, конечно же, экономической и финансовой катастрофой, – написал Эйкенгрин в своей статье для Project Syndicate. – Но именно поэтому ЕЦБ изменит свой подход и осуществит интервенцию на итальянский и испанский рынки облигаций, а правительства этих стран получат в результате возможность завершить реформы, которых взамен требует ЕЦБ».
Однако, насколько можно судить, финансовая кавалерия не спешит на помощь. И на рынках облигаций это уже поняли.
Англосаксонским экономистам нужно понять, что немцы и ЕЦБ действительно не разделяют наше видение мира. Они искренне верят, что экономия необходима. И все указывает на то, что они будут придерживаться этих убеждений, даже если евро рухнет. В этом случае они просто скажут, что все случилось из-за безответственного поведения должников.
Если их заставить выбирать между спасением Европы и сохранением их добродетели, они выберут последнюю.
ЕЦБ сделал все наоборот
Райан Авент, экономический обозреватель журнала Economist, недавно присоединился к хору голосов, которые утверждают, что принятое весной решение ЕЦБ о повышении процентных ставок (теперь оно выглядит еще безумнее) было точкой, после прохождения которой все начало рушиться.
«Возможно, единая валюта выживет. Это будет настоящая катастрофа, если она рухнет», – написал Авент 28 ноября в онлайн-публикации. «Но если ЕЦБ все же сумеет спасти еврозону за счет вливаний денег путем массированной скупки облигаций, не следует забывать, что именно ЕЦБ чуть ее и не погубил».
Но как относительно небольшое повышение ставок могло нанести такой ущерб? Как считает Авент, ключевую роль здесь сыграли ожидания.
Это можно рассматривать как политику, противоположную курсу Рузвельта во время Великой депрессии. Несколько лет назад заместитель вице-президента Федерального резервного банка Нью-Йорка Готи Эггертсон опубликовал в American Economic Review статью, в которой убедительно проанализировал экономическое возрождение страны, произошедшее в 1933–1937 годах. Он утверждал, что оно было во многом вызвано изменившимися ожиданиями относительно будущей валютной политики. Отменив золотой стандарт (шокирующий ход по тем временам) и призвав вернуться к уровню цен, существовавшему до депрессии, президент Франклин Рузвельт породил ожидания роста цен, что оказало благотворный эффект на спрос.
Так что же случилось весной 2011 года? ЕЦБ повысил ставки, даже несмотря на отсутствие признаков инфляционного давления (за исключением сырьевого рынка) и необходимость коррекции цен на периферии с помощью разумно высоких инфляционных целей.
Жан-Клод Трише, тогдашний глава ЕЦБ, мог с тем же успехом выступить по ТВ и объявить: «Мы с коллегами намерены сделать долговые проблемы Южной Европы неразрешимыми».
И им это удалось.
