В полную силу тяжести

Третьяковская галерея показывает ретроспективу советского художника Гелия Коржева (1925-2012), одного из самых изобретательных мастеров послевоенного соцреализма. Рассказывает ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ.

За год до того, как Леонид Ильич Брежнев снова сделал 9 Мая выходным днем и санкционировал первый за 20 лет парад Победы на Красной площади, 39-летний художник Гелий Коржев впервые показал несколько работ из серии "Опаленные огнем войны". К тому моменту Коржев уже крепко засел в административной иерархии советского искусства. Годом раньше ему "дали", как это в то время называлось, заслуженного деятеля искусств РСФСР. Незадолго до выставки сделали членом-корреспондентом Академии художеств СССР.

Невероятный успех для художника, которому не исполнилось еще и 40 лет. И успех объяснимый. После скандала на выставке "ХХХ лет МОССХ" в 1962 году, когда первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущев яростно боролся с формализмом и абстракционизмом, Союзу художников понадобился положительный герой из молодых. Коржев идеально подходил на эту роль. Его триптих "Коммунисты", написанный в конце 1950-х, идеально отражает идеологический поворот к ленинским нормам.

"Поднимающий знамя" — мрачный демонстрант, пригнувшийся к земле за красным флагом,— был выразителен (благодаря оригинальному ракурсу), правдив (тут сработала композиция, напоминающая фоторепортаж) и народен (землистый цвет лица и натруженные руки не оставляли сомнений в принадлежности героя к пролетариату). Колорит картины не вызывал нареканий: сразу ясно, что действие происходит в пространстве реализма.

Но было в полотне и нечто важное, неконъюнктурное, что сразу отделило Коржева как от современников, так и от предыдущего поколения сталинистов. Тяжесть живописи и сюжета свидетельствовала о том, что художник задался целью перезагрузить реализм как таковой, вернуть его куда-то во времена Парижской коммуны и ее лидера Гюстава Курбе, самого первого реалиста. А заодно и повернуть лицом к высокой классике, а не к барокко или передвижникам, на которых ориентировались художники недавнего прошлого.

Вот, например, "Гомер" из того же триптиха "Коммунисты". Брутальный мужчина в комиссарской форме лепит бюст первого эпического поэта Древней Греции. Картина ложь, да в ней намек: советская история не повод для скептических диалогов (тогда был бы Сократ) или лакировки действительности (Аполлон), а материал для эпического повествования.

Раз уж на сцене появляется Гомер, то должны возникнуть и титаны. Об этом — серия "Опаленные огнем войны" и главная работа цикла — "Следы войны". Фронтальный портрет солдата с одним глазом и ожогом на месте второго вызвал огромный интерес у профессионалов и простых зрителей. Никогда еще на советских выставках не показывали столь явных свидетельств громадной, невосполнимой травмы военного времени. Ветераны и тем более инвалиды в первые годы после Великой Отечественной были не то чтобы персонами нон грата, но особого уважения, по мнению руководства, не заслуживали.

О лечении нации думать никто не хотел, много важнее было закрыть границы и уничтожить влияние Европы на неокрепшие умы ее освободителей, для чего и стартовала кампания по борьбе с космополитизмом. Целинная романтика и культ молодости хрущевской эпохи тоже не способствовали серьезному разговору о последствиях войны. И тут Коржев с больными, некрасивыми людьми в масштабе микеланджеловского Давида.

Эти вещи так и остались его пиком. После них начались десятилетия нарастающего скепсиса, когда по-гомеровски цельный миф о великом прошлом разрушался изнутри и снаружи. Коржев честно и довольно изобретательно фиксировал распад формы и содержания советской эпохи. Главным достижением спорной, но очень выразительной архитектуры выставки (Евгений Асс, Кирилл Асс, Надежда Корбут) стали моменты, когда из полного сил и громоздкой мощи периода "Коммунистов" мы можем заглянуть через оконный проем в пустые глазницы скелета из восьмидесятых, обмотанного красным флагом.

Лучшим выражением глубокого разочарования в новом времени стали "Тюрлики" — мутанты с импортным, почти немецким названием, беснующиеся под черными знаменами анархистов и пожирающие людей. А под конец Коржев стал писать полотна на библейские сюжеты — с теми же персонажами, что и на картинах про XX век, но уже точно обреченными на трагический конец. Главной работой цикла является, безусловно, "Осень прародителей". Старенькие Адам и Ева в каких-то лохмотьях сидят в осеннем Эдеме, яблоки с древа познания рядом, ненадкусанные: ведь даже если играешь по всем правилам, рай не гарантирован.

Валентин Дьяконов

МинПром

    

Новости

27 октября 2021

НКМЗ отгрузил металлургам Украины более 90 валков

Прибыль вьетнамской Нoa Phat Group выросла втрое

Дизельный завод возобновил производство грузовых вагонов

Nucor объявила о рекордной квартальной прибыли

Правительство ухудшило прогноз роста ВВП Украины в 2021 году

Кабмин надеется, что шахтеры нарастят добычу угля

Пандемия подорвала мировую экономику больше, чем ожидалось

В случае запуска Северного потока-2 в Украине может резко подорожать газ

Rio Tinto Ltd хочет использовать биомассу вместо коксующегося угля при выплавке стали

SSAB сообщила о повышенной прибыли благодаря росту цен на сталь

В Украине добыли угля на 6,5% больше плана

Розничные цены на бензин и дизельное топливо бодро растут

Ингулецкий ГОК нарастил производство железорудного концентрата на 8,8%

Южноафриканская Sibanye-Stillwater хочет купить в Бразилии два рудника

ЕС должен обеспечить поставки магния во избежание коллапаса в металлургии

Оператор ГТС Украины получил почти 6 млрд грн чистой прибыли

ВСЕ НОВОСТИ ⇢