Свое выступление на съезде Федерации работодателей Украины премьер Николай Азаров начал с риторического вопроса. «Мы с вами знаем друг друга не один год, и проходили разные периоды нашей истории, гораздо более сложные, чем сегодня. Вы согласны со мной?» – спросил у зала премьер. Зал затих. Сказать вслух никто не осмелился, но головами качали: «Нет». Азаров взорвался: «Ах, вы не согласны?! Тогда я вам напомню. В 90-е годы, когда у нас стояло три четверти предприятий, легче было? Когда мы рассчитывались гробами, навозом, чем угодно, легче было? Давайте, друзья мои, не будем пессимистичными прогнозами пугать людей!»
В правительстве отказываются признать, что дела плохи. Но осознают глубину проблем в экономике и готовы менять подходы. «Хорошо, если будем иметь «плюс» (в развитии экономики) по результатам года», – заявил премьер 27 ноября. И добавил, что правительство будет смягчать монетарную политику. «Для улучшения условий работы нашего бизнеса на внутреннем рынке мы разрабатываем комплекс мер и практически уже их реализуем для активизации денежного обращения в стране», – говорит он. Правда, одними лишь этими мерами проблем кредитования в стране не решить.
Очнулись
Спорадические проблемы с ликвидностью возникали на протяжении еще 2011 г., – но не такие тяжелые, как сейчас. В конце мая текущего года в Украине наметились первые явные признаки девальвации, и Нацбанк решил «зажать» гривну. В результате основной «синдром» нехватки денег в системе – ставки овернайт – с 3% подскочили до 17%. В октябре однодневные кредиты стоили уже под 50%. В сентябре остатки банков на корреспондентских счетах падали ниже 9 млрд грн. При таких показателях банки лишились свободной гривны, кредитование прекратилось. Банки даже были вынуждены приостанавливать клиентские платежи.
Исходя из прошлого опыта, «комфортный уровень» для банков – это 21-24 млрд грн. в остатках на корсчетах
Сколько средств нужно банкам, чтобы вернуться к «нормальной жизни»? Собеседник Forbes.ua, близкий к Минфину, говорит, что, исходя из прошлого опыта, «комфортный уровень» для банков – это 21-24 млрд грн. в остатках на корсчетах. Формально сейчас все не так плохо. Остаток средств на корсчетах банков на 27 ноября составлял 20,5 млрд грн. Но вопрос – в распределении ликвидности по системе. «Сейчас она сосредоточена в приближенных банках, остальные на голодном пайке», – говорит наш источник.
Как Азаров обещает решать проблему? Премьер озвучивать деталей не стал. Но министр экономического развития и торговли Петр Порошенко рассказал Forbes.ua, что речь идет прежде всего о снижении «изъятия» гривны с рынка через депозитные сертификаты Нацбанка и через продажу гривны. Азаров также сказал 27 ноября, что Кабмин договорился с Нацбанком о рефинансировании для госбанков, которые будут кредитовать приоритетные направления экономики. Специалист по продаже облигаций Concorde Capital Юрий Товстенко считает, что справиться с поставленной задачей также поможет смягчение требований к формированию коммерческими банками резервов и снижение объемов продаж валюты НБУ на межбанковском рынке для поддержания курса гривны.
«Не к лицу украинской власти показывать, что векторы монетарной политики определяются не в НБУ. Это не прибавляет доверия к тому, что говорится, как и к тому, что заявленные цели будут достигнуты», – критикует такой подход Александр Вальчишен, руководитель аналитического подразделения группы «Инвестиционный Капитал Украина» (ICU). Хотя вряд ли бизнесу важно, кто озвучит «хорошую новость» – главное, чтобы она была.
Две проблемы
Впрочем, с реализацией этой «новости» могут возникнуть большие проблемы. Во-первых, велик риск, что банки опять используют средства для скупки валюты. И тем самым усилят риски девальвации гривны.
Руководство страны это хорошо понимает. «Мы считаем, что риски определенные есть. Но эти риски в сравнении с необходимостью роста экономики являются допустимыми», – заявил премьер. «Нужно найти компромисс: вернуть в банковскую систему ликвидность, но чтобы эта гривна сразу же не вылилась на валютный рынок», – пояснил затем Порошенко. Поиском компромисса, по его словам, будет заниматься Нацбанк.
Эксперты считают, что вряд ли он найдет идеальную формулу. «Перетекание должно быть, это нельзя закупорить», – уверен Вальчишен.
Но чтобы уменьшить «перетекание», нужно лишить банки причин вкладывать свободные средства в валюту. А для этого нужен реальный курс гривны. «Неважно, каким будет фактический курс гривны, но важно, чтобы он был реальным, – подчеркивает Тарас Котович, аналитик рынка облигаций группы «Инвестиционный Капитал Украина» (ICU). – Тогда банкам, скупившим валюту в ожидании девальвации, уже будет невыгодно просто держать ее без движения, и они будут заинтересованы ее продать или направить на операции, в том числе и кредитование».
В начале 2012 г. Нацбанк уже заявлял о смягчении кредитной политики. Желание испарилось, как только встал вопрос об угрозе снижения курса национальной валюты
И это – основная проблема. В начале 2012 г. Нацбанк уже заявлял о смягчении кредитной политики. Но эти заявления оказались пустым звуком, как только возникла угроза снижения курса национальной валюты.
Во-вторых, один лишь рост ликвидности проблем кредитования не решит. Ведь ликвидность – не самоцель. Цель правительства – кредитование экономики. Сейчас ставки по краткосрочным кредитам для бизнеса в гривне превышают 23%. Но чтобы «запустить» экономику, они должны соответствовать рентабельности предприятий/проектов. Она, говорят экономисты, в реальном секторе не превышает 13-15%.
Одним лишь увеличением ликвидности ставки сейчас не снизить. Для этого правительству нужно будет пересмотреть подходы и по многим другим «болезненным» направлениям.
Прежде всего, решить проблему «произвола» плохих должников. При нынешней доходности гособлигаций – 20-23% на вторичном рынке, – банкам легче вкладываться в них, не неся при этом никаких рисков, чем кредитовать бизнес.
Дарья Марчак
