Мы все это уже видели. Народная эйфория. Заверения, что скоро все будет очень хорошо. Автоматически. Ленточки похожего цвета. Поощрения из Брюсселя и Вашингтона. Предупреждения из Москвы и шапкозакидательские насмешки в ответ из Киева. Я не удивлюсь даже появлению на заснеженном «Олимпийском» синего футбольного мяча с золотыми звездами и долгожданной победе киевского «Динамо».
Проблема не в том, что все очень похожее уже было. Просто мы хорошо помним, чем закончилась та эйфория. Ведь подписание соглашения об ассоциации с ЕС – это не конец, а только начало сложного извилистого пути, полного преград и недоброжелательных конкурентов.
Да, разные исследования подтверждают: Украине выгодно подписание соглашения о свободной торговле с Евросоюзом и интеграция экономики в европейские производственные цепочки. Например, анализ, недавно проведенный Киевской школой экономики, показывает, что в долгосрочной перспективе Украина при вступлении в Таможенный союз нарастит экспорт на 18%, а при подписании соглашения с ЕС – на 36%. Кроме того, реализация сценария с присоединением к ЕС может дать стране 46% роста экспорта. Но все это возможно только, я подчеркиваю – только при проведении структурных реформ, дерегуляции бизнеса, привлечении инвестиций, защите прав собственности и создании условий для экономического роста.
Этих реформ не было последние 22 года. Откуда уверенность, что они пойдут сейчас? Как в 2005‑м, так и сегодня я не вижу четкого плана действий на первые 100 и 500 дней, когда нужно будет закреплять взятые высоты и противостоять давлению новых конкурентов и «обиженных» соседей. А вижу я обанкротившуюся экономическую политику правительства и пустую казну. От кого мы ожидаем плана коренной европеизации – от нынешнего Кабмина?
В то же время нужно помнить, что, как говорится в том же исследовании Киевской школы экономики, «подписание соглашения о свободной торговле с ЕС более выгодно текстильной промышленности, металлургии, машиностроению, электротехнической и транспортной сфере», но менее – сельскому хозяйству и производителям продовольствия. Где и у кого есть стратегии, что делать тем отраслям и компаниям, которые не выиграют от подписания соглашения об ассоциации?
«Победа Европы» в стране, которая очень хорошо понимает язык межнационального общения Таможенного союза и очень плохо – языки Евросоюза; в которой «Forbes Украина» выходит не на английском и даже не на украинском; в которой скоро может не остаться ни одного европейского банка; которая понимает жесткие окрики значительно лучше, чем английский юмор; которая поет и танцует в основном под дешевую неевропейскую попсу, выглядит немного преждевременной.
Пока мы зациклены на обсуждении нескольких судебных дел, весь продвинутый мир, включая Европу, обсуждает, как стимулировать инновации. Только за последний месяц Брюссель провел три саммита на самом высоком уровне по вопросам инноваций. Президент Евросовета Герман ван Ромпей пожаловался: «Если быть честным – мы отстаем, и причина в том, что мы слишком мало инвестируем в инфраструктуру, навыки и организационные изменения, которые нужны, чтобы пожинать плоды новых технологий». Скажите, где в Киеве, в каких правительственных кварталах серьезно говорят об этом? А ведь как писал Майкл Портер, «конкурентоспособность страны зависит от того, насколько ее промышленность способна к обновлению и модернизации».
После выполнения всех требований Евросоюза и подписания соглашения об ассоциации в Вильнюсе нам немедленно нужно ставить следующие, более высокие цели, чтобы не было «головокружения от успехов». Например, необходимо добиваться признания права Украины на вступление в ЕС, в котором нам пока отказали. Надо изменить не просто власть, а правила игры. Нужно менять себя. Работать значительно больше. Производительнее. Инновационнее.
А это сложнее, чем ленточки вязать.
Павло Шеремета
