Международный комитет Красного Креста (МККК) переквалифицировал боевые действия на украинской территории в «состояние войны». Как стало известно СМИ 22 июля, об этом организация конфиденциально сообщила Украине и Российской Федерации. Однако, считают в Красном Кресте происходящее на востоке страны международной агрессией или гражданской войной, пока умалчивается. «О квалификации сообщили обеим сторонам конфиденциально. Мы не обсуждаем этого публично», – заявила представитель МККК Анастасия Исюк.
МККК отвечает за выполнение Женевских конвенций, определяющих правила войны. В связи с этим он уполномочен определять, когда насилие переходит в стадию вооруженного конфликта. «В системе ООН это определяет МККК. Они – кураторы международного гуманитарного права», – сообщило накануне агентство «Рейтер» со ссылкой на собственный источник в ООН.
С небес на землю
Катастрофа Боинга 777 под Донецком, в которой погибли 298 граждан разных стран, молниеносно изменила статус противостояния на востоке Украины. С вечера 17 июля вооруженные столкновения в Донецкой и Луганской областях вышли за рамки внутренней проблемы страны, обретя мировой масштаб.
Дальнейшее развитие событий только способствовало вовлечению новых участников в орбиту внешнеполитических трений. Пока лидеры США и стран Евросоюза состязались в красноречии в адрес российского президента Владимира Путина и «ополченцев», солдаты армии Нидерландов заявили о своем желании отправиться в Украину – для наведения порядка в регионе и содействия следственным мероприятиям на месте катастрофы.
Голландских военных, в частности, возмутило неуважительное отношение боевиков ДНР к останкам погибших пассажиров, среди которых гражданами Нидерландов были 193 человека. В связи с этим солдаты направили открытое письмо министру обороны своей страны Жанин Хеннис-Плассхаерт, в котором указали, что готовы «принять участие в операции, если будет отдан приказ».
Украинское законодательство позволяет привлекать иностранные контингенты на свою территорию, однако для этого необходима политическая воля руководства страны, утверждают опрошенные Forbеs эксперты. Как сообщил партнер юридической компании FCLEX Вячеслав Краглевич, допуск иностранных войск в Украину регулируется Конституцией (п. 23 ч. 1 ст. 85) и законом Украины «О порядке допуска и условиях пребывания подразделений вооруженных сил других государств на территории Украины». «Поэтому легальное участие армии Нидерландов в боевых действиях на востоке Украины вполне возможно», – утверждает Краглевич.
По его словам, согласно утвержденной процедуре, сначала президент Украины принимает решение о допуске подразделений вооруженных сил других государств на территорию Украины, а парламент уже одобряет это решение соответствующим законом.
Не на войну…
Вместе с тем Алексей Мельник, содиректор программ внешней политики и международной безопасности, подчеркивает, что, несмотря на все звучавшие ранее призывы о помощи от украинской стороны, пока не время говорить о готовности иностранных контингентов полноценно участвовать в украинском противостоянии. «Голландские военные говорили о том, что они хотят оказать помощь в обеспечении доступа к месту падения самолета. При этом о прямом участии армии Нидерландов в вооруженном противостоянии на территории Украины речь не шла», – указывает он.
Согласен с Мельником и нардеп от БЮТ Сергей Пашинский: «Украина не против введения миротворческих сил ООН, но этот вопрос не в компетенции голландских военнослужащих. Этот вопрос сугубо в компетенции Совета безопасности ООН. Если решение будет принято, то на другом уровне».
Пашинский отмечает, что Украина уже не раз обращалась к мировому сообществу с просьбой оказать военную поддержку в проведении АТО. Однако эти просьбы утонули в бюрократических процедурах и бесконечных «консультациях». «Мы обратились к нашим странам-гарантам по Будапештскому меморандуму 1994 года – Великобритании и Соединенным Штатам – с просьбой оказать помощь. Но, к сожалению, пока этой помощи нет. Идут постоянные консультации в международных институциях. [Есть надежда на] Совет безопасности [ООН] – этот вариант не исключен, но пока что не прорабатывается», – констатирует Пашинский.
По мнению опрошенных экспертов, именно сейчас Украина острее всего нуждается в реальной военной поддержке. «В данном случае, когда в Украине проводится антитеррористическая операция, и последние события лишь подтверждают правильность такого определения, помощь иностранных военных может оказаться как нельзя кстати, – настаивает Алексей Мельник. – Еще недавно было много споров о том, насколько соответствует характер военных действий на востоке Украины понятию борьбы с терроризмом. Но сейчас стало очевидно, что мы имеем дело именно с террористами».
Осторожный оптимизм
При этом осторожность иностранных государств в последние месяцы оправдывается их боязнью «спровоцировать Россию», считает Мельник, и продолжает: «Однако я уверен, что эти опасения беспочвенны. РФ прекрасно справляется с задачей «провокации»: сначала российская приграничная территория обстреливается с территории Украины, якобы украинскими войсками, а потом РФ на нее «реагирует».
Экс-заместитель главы СБУ, генерал-лейтенант Александр Скипальский уверен, что в нынешних условиях любая помощь Украине в защите страны и отражении агрессии является приемлемой. «Украина – суверенное государство, и вправе сама делать выбор – просить или не просить о помощи», – говорит он.
Вместе с тем официальное вхождение на украинскую территорию любого иностранного контингента возлагает повышенную ответственность на международное сообщество. «Согласно статье 21 закона Украины «О порядке допуска и условиях пребывания подразделений вооруженных сил других государств на территории Украины», за действия и/или бездействие иностранных военных ответственность будет нести соответствующее иностранное государство перед государством Украина, физическими и юридическими лицами», – констатирует Краглевич.
Сергей Пашинский подчеркивает, что международный надзор все еще делает ставку на переговорный процесс. «Хотя, по моему мнению, этот инструментарий полностью исчерпан. Пора переходить к более динамичным, конструктивным формам сотрудничества с США и ЕС», – утверждает Пашинский, добавляя, что в мире накоплен достаточный опыт, который можно применить в подобной ситуации, включая миротворческие силы ООН: «На сегодняшний день этот вопрос не стоит, хотя я не исключаю, что он возникнет. Мы заинтересованы в скорейшем урегулировании военного конфликта».
Вторит ему и Алексей Мельник: «В мировой практике есть опыт привлечения зарубежных контингентов при подобном развитии событий. Например, в США после событий 11 сентября 2001 года была создана Антитеррористическая коалиция, которую, возможно, Украине следует рассматривать как возможный метод разрешения ситуации».
Forbes предлагает провести исторические параллели и вспомнить, как действовали другие государства в обстоятельствах, сходных с теми, в которых ныне оказалась Украина.
Македония+НАТО
Период: январь-ноябрь 2001 года
Повод: атаки албанских сепаратистов
Противник: Армия национального освобождения
После того как на юге Сербии албанцам удалось создать республику Косово, сепаратистские движения активизировались в соседней Македонии. Этнические албанцы, составлявшие в этой стране почти 25% населения, или 450 000 человек, сформировали Армию национального освобождения (АНО) и потребовали равных прав со славянами-македонянами. Македонский премьер Любчо Георгиевский назвал эту военную группировку «европейским Талибаном» и объявил, что она состоит из нескольких сотен косовских террористов, незаконно попавших в Македонию. На самом деле под крылом АНО боевиков собралось несколько тысяч.
Бои в этой стране начались с мелких нападений сепаратистов на полицейские патрули, и за считанные недели переросли в полномасштабные военные действия. У Македонии были шансы превратиться в Сталинград, если бы на помощь правительственной армии не подоспели силы НАТО. В марте 2001 года британско-норвежское подразделение НАТО установило контроль над македонско-косовской границей, задержав на ней около 800 боевиков и несколько караванов с оружием.
Переговорщикам НАТО и Евросоюза удалось убедить обе стороны конфликта перестать бомбить позиции друг друга и найти политическое решение. В августе 2001 года правительство Македонии согласилось расширить права албанского населения и децентрализовать государственную систему, а повстанцы – разоружиться.
Эфиопия+Сомали
Период: 2006-2009 годы
Повод: «самооборона» Эфиопии от угрозы нападения из Сомали
Противник: Союз исламских судов + Эритрея
В июле 2006 года премьер-министр Эфиопии Мелес Зенауи начал вооруженное вторжение в охваченную гражданской войной Сомали, обосновав это необходимостью обезопасить границы своего государства. Журналисты назвали эту интервенцию «эфиопским Ираком» из-за ее схожести с войной США против сил Саддама Хусейна.
Истинной причиной вторжения Эфиопии в Сомали стало то, что расклад сил в этом государстве поменялся невыгодным для нее образом – проэритрейская группировка потеснила проэфиопскую. Военно-политическое движение «Союз исламских судов» (СИС) при поддержке Эритреи захватило контроль над обширными территориями на юге Сомали, включая столицу Могадишо, и загнало международно признанное временное правительство Сомали в город Баидоа.
Эфиопские войска переломили ход этой гражданской войны, превратив загнанное в угол сомалийское правительство в победоносно наступающую силу. К концу 2006 года массированными артобстрелами и авиаударами Эфиопия вынудила СИС вернуть Могадишо, оставить большую часть захваченных территорий и перевести боевые действия в партизанскую фазу.
В итоге СИС распалась на несколько фракций, а Эфиопия объявила о своей победе, и в 2009 году вывела войска из Сомали. Сразу после этого новая группировка «Аш-шабааб», куда стеклись самые радикальные сомалийские боевики, захватила почти все те территории, что контролировала СИС перед вторжением Эфиопии.
Чад+Франция
Период: 2006-2010 годы
Повод: наступление повстанцев на столицу Чада
Противник: чадские повстанцы + Судан
Чад – одна из самых бедных и коррумпированных стран Африки. Ее президенту Идрису Деби, захватившему власть в 1990 году в ходе государственного переворота, то и дело приходится вводить чрезвычайные положения для усмирения многочисленных повстанческих группировок.
В 2005 году волнения в Чаде вспыхнули из-за того, что правительство Идриса Деби изменило конституцию, дав президенту новые полномочия и возможность избрания на третий срок. Однако последовавшие военные действия были объявлены не внутренним конфликтом, а нападением Судана. Когда в декабре 2005 года чадские повстанцы напали на город Адре, Идрис Деби назвал их «наемниками руководства Судана» и объявил о начале войны с соседним государством.
С 1986 года в Чаде присутствовал французский спецназ, однако в первые месяцы чадского конфликта многим экспертам казалось, что Париж останется в стороне и позволит повстанцам свергнуть президента, как это случилось с его предшественником в 1990 году. Судьба Идриса Деби решилась 4 февраля, когда Париж после продолжительных раздумий объявил, что встанет на его защиту. Французы помогли правительственным войскам Чада отразить нападение повстанцев на столицу, после чего война приобрела позиционный характер и обе стороны не решались на полномасштабные боевые действия с применением тяжелых орудий и авиации. В январе 2010 года Чад и Судан подписали мирный договор, ознаменовав конец пятилетней войны.
Катерина Шумило, Денис Закиянов
