Вокруг украинской банковской системы разворачиваются драматические события, намного более серьезные, чем все, происходившие с ней за предыдущие 24 года ее истории. Основной показатель доверия в банкам в кризисный период – возврат денег в финансовые учреждения после получения населением выплат из Фонда гарантирования – сегодня составляет около 20%. Для сравнения: в кризис 2008-2009 годов он был около 80%.
В результате на выходе из сегодняшнего процесса мы можем увидеть абсолютно новую конфигурацию банковской системы, однако средства населения вернуть в нее будет непросто. Почему – выяснял Forbes.
Как ранее сообщал Forbes, к 1 марта 2015 года объем срочных вкладов населения по банковской системе составил 407,4 млрд гривен, против 350,7 млрд гривен срочных вкладов граждан на 1 января 2014 года, и 348,7 млрд гривен – на 1 мая 2014 года. Среди денег, которые выплачиваются Фондом гарантирования вкладов клиентам банков, признанных неплатежеспособными, обратно в банковскую систему по разным оценкам возвращается около 20%. Куда уходят остальные средства?
Побег с отягчающими
«Сбегающие» из банков украинцы выбирают несколько путей для вложения своих кровных. Первый из них – это покупка жилья. «Динамика с активным вложением средств из банков в рынок первичной жилой недвижимости наметилась в середине 2014 года. К весне 2015-го стало понятно, что переток части вкладов в первичный рынок квартир позволил этому направлению бизнеса нормально существовать», – рассказывает CEO компании «Визум-Капитал» Павел Татарчук.
По его словам, сегодня эта тенденция сохраняется: люди забирают деньги из банков и вкладывают их в квартиры. «По Киеву наибольшим спросом пользуются однокомнатные квартиры, которые считаются наиболее ликвидными. Некоторые покупают их для перепродажи. В том числе, для поддержания рынка застройщики предлагают схемы рассрочки платежа», – говорит Татарчук.
Второй путь – поддержка своего бизнеса и/или потребление. Миноритарный акционер Актив Банка Сергей Бродович рассказывает, что «ситуация в банковской системе сегодня такая, что последнее, что я сделаю – это понесу деньги в банк. Так как все бизнесы сейчас продуцируют в лучшем случае – ноль, в худшем – минус, то все деньги направляются на поддержку существующих бизнесов. У тех же, кто бизнес в Украине уже свернул, ликвидность переходит оффшоры».
Банковский эксперт Павел Пащенко считает, что основная часть изъятых из банковской системы вкладов оседает на руках у населения. «Люди просто хранят деньги «под подушкой». Эта проблематика очень серьезная, потому что нынешний кризис нельзя сравнивать с 2008 годом, в том числе – потому что от государства не было посылов по успокоению людей». Он напоминает, что среди потерпевших от нынешнего этапа банкротств банков есть люди, которые уже пострадали ранее – от банка «Родовид» или от Укрпромбанка, обанкротившихся в 2008-2009 годах; от банка «Украина», «упавшего» в начале 2000-х, или от таких учреждений из 1990-х, как ИНКО или «Омета Инстер». Например, в одном из обанкротившихся банков у одного вкладчика был депозит в $100 млн, у другого – хранилось 25 килограмм золота.
Следующее направление, в которое может перетекать денежная масса, обеспечивает интернет. В том числе, речь идет о таких инструментах, как электронные деньги и Bitcoin. Forbes уже писал о том, что в Украине активно процветает теневой банкинг. Профессор MIT Андрей Кириленко рассказывает, что такая же ситуация складывается и в развитых странах, таких как Соединенные Штаты. «В США определили, что bitcoin – это товар. При этом, основной проблемой людей, которые занимаются криптовалютами, является намерение центральных банков регулировать подобные электронные валюты. Центральные банки периодически спасают финансовых посредников, увеличивая или уменьшая монетарную базу. Но с интернет-валютами такой контроль пока что невозможен», – говорит Кириленко.
Он отмечает, что процентная ставка в США и европейских странах сегодня равна нулю – и из-за криптовалют такая ситуация может продолжаться довольно долго. А центробанки конкурируют за услуги, которые они предоставляют, с этими «частными» криптовалютами. «Клиент выбирает теневой банкинг, потому что финансовые посредники – банки – предоставляют очень дорогие услуги и собирают о клиентах множество информации, которая интересна банкам, но не клиентам, и так далее. Конкуренция дошла до того, что криптовалюты являются конкурентами не просто банкам, но центральным банкам», – рассказывает Андрей Кириленко.
Рецепт с секретом
Опрошенные Forbes бизнесмены считают, что возврат доверия к банкам произойдет одновременно с усилением открытости Национального банка. «Если совершается уголовное преступление, пострадавший может получить информацию от следователя, от МВД, прокуратуры, суда. А я – пострадавший от банковской системы – уже год пишу во все абсолютно инстанции, и не получаю никаких ответов. Куда пропали мои деньги, кто и какую понес за это ответственность – на эти вопросы никто из чиновников не отвечает уже год! А персоны, которые были в наблюдательном cовете Актив Банка, находятся в настоящее время на руководящих должностях в исполнительной власти страны», – говорит Сергей Бродович.
Отметим, что министр финансов Наталья Яресько была членом набсовета Актив Банка, а ее заместитель Оксана Маркарова – являлась совладельцем этого учреждения. Возможно, они могут посодействовать в получении информации вкладчиками и экс-бизнес-партнерами по ситуации вокруг финучреждения. Хотя, пока что Минфин озабочен двусмысленной ситуацией, в которой находится Украина: по внешним долгам страны возможно объявление дефолта, однако, это помешает возврату кредита МВФ.
Экс-заместитель председателя НБУ Александр Савченко рассказывает, что часть денег, утекающих из банковской системы, пересылается за границу, но основная масса бывших вкладчиков держит деньги дома – в ожидании лучших времен. «Доверие появится тогда, когда НБУ задекларирует свою разумную программу, которая будет понятна ему самому и, базируясь на последних достижениях банковского дела, убедит публику в том, что нынешняя команда может реализовать эту программу», – говорит Савченко. Он вспоминает, что в 2009 году, при председателе НБУ Владимире Стельмахе, заместителем которого тогда был сам Савченко, «доверие вернулось одновременно с укреплением гривны. Когда гривна начала ревальвировать с 9,5 грн/$ до 7-8 грн/$, деньги «потекли» обратно в банковскую систему».
Экс-член Совета НБУ Василий Горбаль уже рассказывал Forbes, что для поддержания банковского рынка необходима более активная информационная политика. «Банкиры должны появляться чаще в информационном поле, общаться с населением. Пусть топы коммерческих и государственных банков чаще говорят с населением», – предлагал Горбаль.
К слову, рецепт создания позитивного информационного поля сработал в 2004-2005 годах, когда главой НБУ был Арсений Яценюк. Тогда, во время «Оранжевой революции», председатель НБУ пригласил к себе в кабинет представителей 20 крупнейших банков Украины – руководителей самих банков и пиар-департаментов. Он предложил объединиться и в зависимости от доли банка на рынке депозитов профинансировать маркетинговые и пиар-кампании в СМИ по возвращению доверия к банковским учреждениям.
В 2005 году этот рецепт сработал. А в рамках ассоциации НАБУ уже проходило предварительное обсуждение реализации такой же стратегии и сейчас. Председатель правления Ощадбанка Андрей Пышный рассказал Forbes, что хотя общего проекта по возврату доверия к банковской системе на сегодняшний день нет, сам подобный совместный проект НБУ и крупнейших банков является своевременным.
Маргарита Ормоцадзе
