В наступающем 2019 году истекают заключенные девять лет назад газовые контракты между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины». Эти договоренности сразу стали поводом для споров и конфликтов, и их завершения стороны должны были ждать с облегчением. Но пока компании погрязли в судебных распрях с неизвестным итогом, которые мешают им начать настоящие переговоры, несмотря на крайне высокие ставки для обеих сторон. И кажется, что единственный фактор, который заставит их сдвинуться с места,— приближение зимы.
Почти каждому из нас со студенческих времен знакомо неприятное слово «дедлайн». Но все мы нередко оставляем дела на последний момент, надеясь, что проблема исчезнет сама собой. Похоже, именно так относятся к истечению в 2019 году транзитного контракта «Газпром» и «Нафтогаз», хотя соглашение позволяет обоим зарабатывать миллиарды долларов на продаже газа в Европу и его транспортировке соответственно. У компаний остался всего год на то, чтобы либо решить долго копившиеся проблемы во взаимоотношениях, либо сорвать дедлайн, поставив бизнес под угрозу.
Нужно признать, что заключенные в 2009 году контракты на транзит и поставку российского газа на Украину стали предметом споров еще до того, как на них высохли чернила. Киев всегда считал контракты невыгодными, особенно в том, что касается условий покупки газа. После событий 2014 года «Нафтогаз» затеял судебный пересмотр обоих контрактов, что вылилось в арбитражный процесс длиной в 3,5 года с взаимными претензиями на $50 млрд. Но даже эту возможность начать совместную жизнь с чистого листа стороны упустили.
Складывается ощущение, что сторонам просто некогда вести переговоры о том, как они будут работать с 2020 года, хотя этот вопрос принципиален. Украина, оставшись без транзита российского газа, навсегда потеряет ключевой источник дохода — газотранспортную систему, которую придется на 80% законсервировать. Более того, Киеву придется еще и вкладывать для поставки газа на восток страны, который всегда физически снабжался из России. Наконец, закупка газа в Европе по реверсной схеме станет для Украины существенно более затратной, поскольку его придется действительно физически перемещать на сотни километров, вместо того чтобы, как сейчас, делать своп в трубе с транзитным.
Хотя компания торопится со строительством обходных газопроводов — «Турецкого потока» и «Северного потока-2»,— внутриевропейские газопроводы на этих маршрутах не будут полностью готовы к 2020 году. Использовать потоки на полную мощность не получится. Между тем сейчас европейские потребители, как с гордостью сообщал глава компании Алексей Миллер, выбирают максимальные объемы газа по долгосрочным контрактам. Как «Газпром» будет объяснять клиентам факт, что он снижает поставки в разгар зимы, как раздираемая войной Ливия?
С точки зрения здравого смысла России и Украине в любом случае придется договориться о продолжении транзита, хотя пока стороны делают вид, что в этом нет срочной необходимости. По традиции в переговорах участвует Еврокомиссия, которая явно больше всех заинтересована в их успехе. Но в обсуждениях не будет практического смысла, пока «Газпром» и «Нафтогаз» продолжают судебные баталии по соглашениям 2009 года. «Газпром» требует в арбитраже разрыва этих контрактов, но сейчас невозможно сказать, принесет ли новый вердикт суда шанс на начало настоящих переговоров или даст новый повод для обострения кризиса. Москве и Киеву остается только продолжать игру в гляделки, пока горят последние дедлайны.
Но «Газпром», естественно, примет все возможные предупредительные меры: заполнит подземные хранилища в Европе под завязку и скупит танкеры с сжиженным газом сколько сможет. Ведь тогда можно будет продолжать игру с позиции силы, как «Газпром» привык, пока не появится иней на ресницах.
