Глобальный финансово-экономический кризис должен стать толчком к консолидации украинской политической элиты.
ВАШИНГТОНСКИЙ саммит G20 засвидетельствовал, что нынешний кризис обрел глобальный характер всего за несколько месяцев (во время Большой депрессии от финансово-экономического обвала на Уолл-стрит до рецессии в Европе и Японии прошло почти два года). Основным решением саммита стало провозглашение курса на стимулирование деловой активности за счет снижения процентных ставок, уменьшение налогов и инвестиций бюджетных средств в инфраструктуру и другие проекты. На встрече глав государств и правительств были обсуждены, но окончательно не согласованы мероприятия по либерализации торговли в рамках ВТО, закрытие большинства офшорных зон, установление более жесткого контроля национальных правительств над деятельностью инвестиционных банков и хедж-фондов, а также расширение полномочий и увеличение бюджета Международного валютного фонда. Эти решения будут утверждены уже после инаугурации 44-го президента США. Но главным выводом саммита стала демонстрация того, что финансово-экономическую архитектуру современного мира уже не могут определять лишь Соединенные Штаты, Канада, ЕС и Япония. По влиянию на глобальную экономику с ними уже сравнялись Китай, Индия, Бразилия, Южно-Африканская Республика, Индонезия, Турция, Россия. Нынешний кризис ускорил конец западноцентричной модели. По крайней мере, в международных экономических отношениях.
Также завершилась эпоха «рейганомики», подарившей человечеству двадцать пять лет процветания, но и породившей нынешний кризис. В 80-е годы под руководством президента США Рональда Рейгана и его единомышленников в Европе — премьер-министра Великобритании Маргарет Тэтчер и канцлера ФРГ Гельмута Коля — была проведена глубокая либерализация экономической системы западного мира. Активная дерегуляция, разгосударствление активов, стимулирование уменьшения производственных расходов ценой деиндустриализации США и Западной Европы обеспечили быстрый подъем. После завершения «холодной войны» эти принципы экономической политики были распространены на большинство стран. В конце 90-х популярными стали теории о постепенном отмирании национальных государств, целесообразности регулирования международных экономических отношений исключительно силами международных организаций (в частности МВФ и Всемирным банком) и транснациональных корпораций (ТНК). Тогда ТНК действительно задавали тон в мире, за их симпатии соревновались национальные правительства, стараясь превратить свои страны на офшорные зоны с большей или меньшей степенью либерализации. В результате этого транснациональные корпорации стали независимы от контроля со стороны правительств, после они фактически стали игнорировать мысль акционеров и, в конце концов, стали работать в интересах их топ-менеджеров, которые ради триумфальных квартальных отчетов раздували расходы, влезали в огромные долги, шли на неоправданные экономические риски. Тем более что рисковали они не собственными деньгами, а средствами акционеров. Всестороннее доминирование топ-менеджеров привело к колоссальным перекосам. «Золотые парашюты» — обязанность компаний выплатить многомиллионную компенсацию сотрудникам управленческого звена в случае их освобождения — создали замечательный грунт для безответственности. Например, в американском банке Lehman Brothers за неделю до объявления банкротства принимались решения о выплатах десятков миллионов топ-менеджерам, которые своевременно сбежали с тонущего корабля. Целые государства построили свое процветание на спекулятивных операциях, как, например, Исландия, потребительский бум в которой питался активным участием местных банков в рискованных спекулятивных операциях. В результате при ВВП страны в размере $20 млрд. исландские банки задолжали $120 млрд.
Когда кредиторы стали требовать расчета местного фондового рынка, биржа обвалилась на 80%, а национальная валюта обесценилась почти вдвое. Саммит G20 провозгласил ориентиром исправление этих перекосов. В итоговой декларации этого форума речь идет и о неверности практики «золотых парашютов», и о необходимости эффективного контроля над деятельностью транснациональных корпораций, и об ограничении роли спекулятивного капитала в мировой финансовой системе.
Одной из активных участниц формирования новой повестки дня глобальной экономики сегодня выступает Россия. В силу того, что эта страна является наибольшим торгово-экономическим партнером Украины, что русские компании владеют активами в большинстве областей народного хозяйства нашей страны, а сотни тысяч украинцев за последние годы нашли себе рабочие места в России, этот опыт антикризисных мер особенно интересен для нас.
Большинство российских экспертов уверено, что для российской экономики настали очень непростые времена. При нынешнем уровне цен на нефть в следующем году России будет тяжело сохранить бездефицитный бюджет, а резервный фонд не только не будет возрастать, а наоборот, будет тратиться на покрытие недостатка средств в пенсионном и других социальных фондах. В 2009 году, по самым оптимистическим прогнозам, российская экономика возрастет менее чем на 5%, а по пессимистическим оценкам, роста вообще не будет либо начнется рецессия. Агентство Bloomberg сделало достоянием гласности сравнительный анализ падения фондовых рынков в 48 странах. Россия находится в конце списка, ее фондовый рынок сжался почти вчетверо, потеряв две трети капитализации. Серьезные проблемы со сбытом продукции возникли в металлургической, угольной, нефтехимической областях, а также в автомобилестроении. В финансовом секторе и в строительных компаниях уже началось сокращение зарплат, отмена премий и социальных пакетов, освобождение сотрудников.
С первых же дней, когда на биржевых площадках в Москве началось стремительное падение индексов, российская власть стала применять энергичные антикризисные меры. По состоянию на 15 ноября общий объем анонсированной государственной поддержки банковского сектора и других российских компаний, по подсчетам экспертов, составил почти 6 трлн. руб. (около $228 млрд.), или 13,6% ВВП 2008 года. 7 ноября глава правительства РФ Владимир Путин утвердил «План действий, направленных на оздоровление ситуации в финансовом секторе и отдельных областях экономики». Его появление было продиктовано тем, что появились признаки перерастания финансового кризиса в экономический спад. Согласно плану государственной корпорации, Банку развития и внешнеэкономической деятельности (ВЭБ) предлагается кредитовать значительные проекты в АПК, а также выдавать до 1 млн. руб. (около $38 тыс.) мелким заемщикам и рефинансировать кредитные портфели малого и среднего бизнеса.
Особое внимание в Плане уделено поддержке внутреннего спроса: российские товары будут иметь приоритет при размещении государственных заказов, при этом на них распространяются ценовые преференции (5–25%) до конца 2010 года. То есть при других равноценных условиях российские товары могут закупаться на 5–25% дороже иностранных. Экспортерам промышленной продукции будет возмещаться часть процентов по кредитам, а естественным монополиям и госкорпорациям — предоставляться поддержка инвестпрограмм. Предприятия, которые выполняют государственный заказ, в том числе оборонный, смогут рассчитывать на госгарантии по кредитам, а также на субсидии из федерального бюджета на оплату процентов. Снижение таможенных ставок на импортное оборудование должно стать стимулом для технического переоснащения предприятий.
Интересен пример России в плане поощрения предпринимательской активности. Будет делаться это через уменьшение налоговой нагрузки, в частности на нефтяные компании, фискальное давление на которые возрастало в течение предыдущих восьми лет. Следует вспомнить, что из $700 млрд., которые запланировали выделить США для поддержки национальной экономики, $180 млрд. — это налоговые льготы. То, что Москва так решительно отходит от практики предыдущих лет, свидетельствует о том, что российская элита понимает, что нынешний кризис в случае его максимального обострения способен разрушить большинство социально-экономических достижений за время президентства Путина.
В значительной мере опыт России и других стран уже был учтен в пакете антикризисных законов, инициированных Президентом Украины и поддержанных большинством депутатов Верховной Рады. Но анализ мер, которые принимают Москва, Вашингтон, Берлин, Лондон, Токио, другие столицы, показывает, что преодоление нынешнего кризиса, как лечение острой болезни, нуждается в быстрых действиях и регулярной коррекции тактики.
Огромным достижением Украины является реальная, живая, конкурентная демократия. Однако настали времена, когда нужно быть готовыми пройти сквозь горнило любых испытаний, чтобы получить в результате сработанное высокопрофессиональное правительство, опирающееся на дееспособный парламент, которое будет способно взять на себя ответственность за оперативное принятие и реализацию непростых, но крайне необходимых антикризисных решений.
