Патрон энергетической экспансии

Виталий Бутенко, директор по стратегии, слияниям и поглощениям компании ДТЭК рассказал, что в следующем году компания ожидает 40% падения спроса со стороны отечественной металлургии. Чтобы его компенсировать, ДТЭК выйдет на внешние рынки.

— Вопрос, который сейчас задают чаще всего: кризис уже повлиял на вашу работу?

— В такой системообразующей отрасли, как энергетика, эффект от кризиса, как правило, чувствуется не на следующий день после статьи о кризисе в Financial Times. При той глубине и скорости, с которыми кризис поразил экономики практически всех развитых и развивающихся стран, степень его влияния на отдельную компанию во многом зависит от прочности бизнес-модели и выбранной стратегии.

ДТЭК в этом отношении находится в достаточно стабильном положении. Бизнес-модель компании строится на вертикальной интеграции. У нас собственная добыча угля и собственные тепловые электростанции. Это создает основу производственной и финансовой устойчивости компании.

Стратегия нашей компании основывается на развитии мощного и эффективного топливно-энергетического производственного комплекса на украинском рынке с последующей экспансией на энергетические рынки Европы. В условиях кризиса это позволяет воспользоваться перераспределением балансов энергоресурсов на соседних рынках и дает возможности для роста, которых раньше не было.

Несмотря на все это, ДТЭК не обладает иммунитетом от последствий кризиса. В первую очередь мы почувствовали на себе кризис ликвидности, который поразил как внешние, так и внутренние рынки. Еще полгода назад у нас был достаточно широкий выбор предложений от банков, желающих с нами работать. Сегодня большинство из этих финучреждений сами нуждаются в помощи. Снижение рейтинга страны и, соответственно, уровня доверия инвесторов к национальной экономике еще больше осложняет доступ к внешним кредитным средствам даже для такой сильной компании, как ДТЭК.

— Каких сфер коснутся наибольшие, связанные с кризисом изменения? На чем компания собирается экономить в следующем году?

— В первую очередь мы пересматриваем сроки реализации инвестиционных программ. Кроме прочих инициатив, это оптимизация расходов, связанных с командировками и транспортом. Где это некритично, мы будем отказываться от услуг внешних подрядчиков, консалтинга. Это наиболее очевидные вещи, которые можно пересмотреть безболезненно для сотрудников и компании в целом.

— Будете ли пересматривать производственные планы, планы по модернизации?

— Пока не поддается точному прогнозированию степень влияния кризиса на национальную экономику, особенно в части предполагаемого спроса на электроэнергию, тарифов и цен на уголь, динамики платежей. Мы пытаемся для себя смоделировать сценарии функционирования экономики Украины в условиях кризиса и вытекающие последствия для топливно-энергетического рынка Украины. Исходя из этого мы будем пересматривать наши инвестиционные программы и другие инициативы, которые требуют значительных капитальных вложений.

Учитывая высокую зависимость от развития экономики Украины, мы пересматриваем наши планы по добыче угля и производству электроэнергии. Так, к примеру, в 2009 году мы ожидаем снижения потребления электроэнергии предприятиями металлургической отрасли на 40%, на 30% — в строительстве и производстве стройматериалов, на 15% — ТЭК, химической и нефтехимической отраслями, на 10% — в машиностроении. Это сильно скажется на уровне спроса, так как в структуре потребления электроэнергии Украины промышленный сектор занимает порядка 70%, в то время как население — только 30%.

С учетом всего этого мы будем корректировать сроки реализации проектов по модернизации наших угольных и генерирующих активов. При этом хочу подчеркнуть, что приоритет отдается переносу сроков реализации, а не отмене проектов.

— 40%-ное падение потребления в металлургии — серьезный прогноз для рынка. Куда планируете на-правлять избыток энергоресурсов?

— В условиях резкого падения спроса в Украине вопрос экспорта электроэнергии для нас становится не только актуальным, но и приоритетным. В настоящий момент мы разрабатываем планы по ускоренному развитию экспортной составляющей нашего бизнеса как в угле, так и в электрогенерации. К тому же для ДТЭК это еще и вопрос стратегии, которая изначально предполагала выход компании на энергетические рынки Европы.

— Кстати, планы экспансии на другие рынки тоже пересматриваются?

— Стратегия развития ДТЭК остается неизменной. Выход на энергетические рынки Восточной и Центральной Европы в условиях кризиса становится еще более актуальным. К приоритетам первой очереди относятся развитие экспорта электроэнергии и угля. Затем мы рассматриваем приобретение теплогенерирующих мощностей, которые могут работать на наших углях, тем самым можно получить прямой доступ к энергетическим рынкам Восточной и Центральной Европы.

Не могу не отметить, что ситуация, которая возникла вокруг экспорта украинской электроэнергии в Европу, крайне неудовлетворительная. На сегодняшний день ДТЭК является одним из самых принципиальных сторонников установления рыночных, понятных и прозрачных правил. В условиях кризиса создание условий для равнозначного и прозрачного доступа к экспорту электроэнергии всем серьезным участникам энергорынка Украины позволит положить конец предпосылкам и подозрениям в коррупционности этого направления.

— Какие рынки вас интересуют в первую очередь?

— Это страны, граничащие с Украиной: Польша, Словакия, Венгрия, Румыния.

— А российский?

— В России мы продолжаем интересоваться приобретением угольных предприятий с объемами добычи от полутора до трех миллионов тонн в год. Приоритетной остается Ростовская область.

Отдельно взятым шахтам в нынешних условиях тяжело выживать. Естественно, их стоимость будет падать. И это открывает для нас широкие возможности.

— Времена кризиса — это удачное время для приобретения…

— Абсолютно верно. Стратегия ДТЭК прошла испытание временем. Мы ее создавали в условиях экономического роста. Но и теперь, в условиях затяжного кризиса, наша стратегия становится актуальной как никогда. Вектор развития остается тем же, наши конкурентные преимущества сохраняются. Оптимизация наших инвестиционных программ позволит получить больший экономический эффект от перераспределения ресурсов компании на более перспективные проекты в условиях кризиса.

— Недавно появилась информация о том, что изменились планы ДТЭК по инвестированию в российскую шахту имени Чиха (Ростовская область). Проясните, пожалуйста, ситуацию.

— Мы действительно изучали этот объект с перспективой его приобретения, находились в переговорном процессе, общались с губернатором и непосредственно с продавцами. В начале года, когда мы выразили заинтересованность в приобретении этого предприятия, прогнозировался дефицит угля на рынке. Сейчас ситуация изменилась — прогнозируется резкое уменьшение нагрузки на тепловую генерацию, а значит, и падение спроса на уголь. Более того, в металлургии будет спад потребления коксующих марок угля, часть которых пойдет в энергетику. Баланс меняется: энергических марок угля, которые могут использоваться в тепловой генерации Украины, становится больше. При этом спрос на «киловатт» падает, возникает профицит энергетического угля.

Любые проекты, связанные с приобретением новых предприятий, должны рассматриваться уже не в краткосрочной перспективе снижения временного дефицита угля. Поэтому на данном этапе мы приостановили процесс приобретения шахты. Для нас покупка какого-то предприятия не является самоцелью.

— Если сейчас Министерство угольной промышленности создаст инвестиционный фонд в государственной холдинговой компании «Добропольеуголь», вы будете принимать в нем участие? В сложившейся финансовой ситуации?

— Для того чтобы дать однозначный ответ, нам необходимо изучить предлагаемые условия. Мы готовы брать на себя обязательства, которые оправданы экономически и стратегически.

— Представители капиталоемких секторов экономики сейчас настаивают на изменениях условий работы. Правительство по очереди подписывает меморандумы с представителями различных отраслей. Вы уже придумали, что помогло бы облегчить вам работу в условиях кризиса?

— Нужно понимать, что на сегодняшний день в украинской энергетике есть государство и есть ДТЭК как крупнейший представитель частного сектора. Большую часть рынка контролирует государство, пользуясь, по сути, своим монопольным влиянием на рынке, так как оно контролирует все регулирующие органы.

К сожалению, наше государство оказывает поддержку частному сектору в лучшем случае по остаточному принципу. А в топливно-энергетическом секторе даже это скорее исключение. Поэтому, когда правительство начинает заниматься спасением угольного сектора или отечественной тепловой генерации, для частного сектора это выливается в головную боль, которая серьезно осложняет наше существование.

При всем при этом мы остаемся на позиции, что единственный путь вперед — это путь взаимовыгодного сотрудничества государства и частного сектора.

— В этом году неоднократно поднимался вопрос о необходимости приватизации в угольном и энергетическом секторах. Насколько это возможно и вероятно в нынешней ситуации?

Ситуация, которая сейчас сложилась, парадоксальна. С одной стороны, существует необходимость приватизации угольного сектора и генерирующих мощностей. С другой — сегодня самое неподходящее время что-либо продавать: спрос будет низким и желание платить — тоже. Кроме того, происходит общее падение стоимости сравнимых активов в других странах. Очевидно, что приватизация в сегодняшних условиях не принесет тех дивидендов, которых можно было бы ожидать на пике. В то же время кризис серьезно отражается на состоянии отечественной энергетики. Уровень дотаций угольной отрасли уже не поддерживается, и существует серьезная угроза того, что происходящие в ТЭК негативные процессы могут стать необратимыми.

На мой взгляд, приватизация должна пройти в ближайшем будущем. Для того чтобы уберечь отечественный топливно-энергетический сектор от распада, необходим прилив «свежей крови» в виде не только инвестиций, но и сильных и опытных хозяев, менеджеров, инвесторов. Мое субъективное мнение как украинца, что предпочтение должно отдаваться отечественному инвестору: тепловая генерация Украины создавалась по принципу «свой уголь — своя генерация». Возможно, стоит расширить этот принцип на «свой инвестор — свой менеджер».

Бутенко Виталий Григорьевич

Родился 9 февраля 1969 года в Сторожинце Черновицкой области.

1993 год — окончил с отличием Черновицкий государственный университет (факультет иностранных языков).
1996 год — получил степень MBA в бизнес-школе Asper School of Business при университете Манитобы (Канада). Во время обучения (с мая 1995 года) — консультант лондонского отделения ЕБРР.
1996-2004 годы — занимал руководящие должности в ведущих инвестиционных банках мира: Bank of Nova Scotia (Торонто), CSFB (Нью-Йорк), IB Trust (Киев/Москва).
2005-2007 годы — возглавлял инвестиционный департамент «Интер РАО ЕЭС». Отвечал за разработку и реализацию инвестстратегии компании в странах СНГ, Центральной и Восточной Европы, Ближнего Востока и Центральной Азии.
С апреля 2007 года — директор по стратегии, слияниям и поглощениям ДТЭК.

ДТЭК — крупная украинская вертикально интегрированная энергетическая компания. Входит в финансово-промышленную группу Рината Ахметова («СКМ»). По данным компании, в 2007 году ее доля в угледобывающей отрасли составила 20,9%, тепловой генерации — 27%, дистрибуции электроэнергии — 5,4%.

Активы по добыче и обогащению угля:
«Павлоградуголь»;
«Шахта «Комсомолец Донбасса»;
пять обогатительных фабрик.

Генерация и дистрибуция электроэнергии:
«Востокэнерго»;
«Сервис-Инвест»;
«ПЭС-Энергоуголь».

50 тыс. человек работают на предприятиях ДТЭК в Донецкой, Днепропетровской и Луганской областях
Виталий Бутенко о планах ДТЭК:

«В условиях резкого падения спроса в Украине вопрос экспорта электроэнергии для нас становится не только актуальным, но и приоритетным»
1,19 млрд. грн. составила чистая прибыль ДТЭК в 2007 году. Чистый доход компании за тот же период — 8,97 млрд. грн.