Европейские надежды украинской экономики

Публікації

В ноябре этого года Украина планирует подписать Соглашение об ассоциации с Европейским Союзом. По крайней мере, для этого появились реальные перспективы, а правительство, по словам министра иностранных дел Леонида Кожары, считает невозможным какой-либо иной исход. С европейской интеграцией Украины связываются надежды на улучшение инвестиционного климата, поступление дополнительных объемов иностранных инвестиций и модернизацию экономики в целом. В принципе, основания для таких расчетов имеются. Но есть и некоторые проблемы.

Чем Европа нам поможет?

Одной из негативных тенденций, отмечавшихся в Украине на протяжении прошлого года, стало сокращение поступлений иностранных инвестиций в отечественную экономику. По данным Госкомстата Украины, их объем с учетом оттока капитала и курсовых переоценок составил 4,13 млрд долл., что на 9,2% меньше, чем годом ранее. При этом 95% чистого прироста инвестиций пришлось на Кипр. Это фактически означает, что в нашу страну в основном поступали из-за рубежа средства, ранее вывезенные туда украинскими же предпринимателями. Реальные же иностранные компании увеличивать свои вложения в Украину пока не стремятся.

Как отмечали в последние месяцы представители зарубежных бизнес-кругов, на пути инвестиций в Украину стоят, прежде всего, два барьера. Один из них – это неблагоприятный инвестиционный климат. Как, в частности, заявил в начале февраля президент ЕБРР Сума Чакрабарти, это проявляется в коррупции на всех уровнях, давлении со стороны таможенных и налоговых органов, а также в неэффективности работы судов. Ранее аналогичные претензии в адрес Украины высказывали и другие зарубежные и отечественные эксперты и бизнесмены.

Эти критические оценки, в свою очередь, вызывают нарекания со стороны представителей украинских властей, указывающих на то, что в нашей стране постоянно ведется работа по облегчению условий ведения бизнеса. "Инвестиционный климат в Украине абсолютно нормальный", – заявил в начале февраля премьер-министр Николай Азаров. По его словам, разработка нового Налогового и Таможенного кодексов, автоматическое возвращение НДС, снижение налога на прибыль должны способствовать развитию хозяйственной деятельности в Украине. Улучшение инвестиционного климата является одним из приоритетных направлений Государственной программы активизации развития экономики на 2013-2014 годы. Наконец, на саммите Украина – ЕС 25 февраля была подписана Административная договоренность относительно неформального диалога по вопросам бизнес-климата.

Конечно, эти документы и декларации не обязательно ведут к благоприятным изменениям на низовом уровне, где, собственно, и действуют конкретные компании. Однако следует отметить, что, наверное, нет ни одной страны в мире, в которой инвесторы не жаловались бы на неблагоприятный инвестиционный климат. Так, например, западные бизнесмены громогласно жалуются на высокий уровень коррупции в Индонезии, давление со стороны государственных органов в Китае, чудовищный бюрократизм в Индии, мелочную регламентацию в ряде западноевропейских стран. Тем не менее, все эти страны ежегодно привлекают миллиарды долларов иностранных инвестиций, так как доходы от бизнеса в них перекрывают возможные потери и риски.

Вот это соотношение доходов и рисков и является ключевым критерием в принятии инвестиционных решений. И то, что в Украине данное соотношение выглядит недостаточно благоприятным, представляет собой второй и, пожалуй, главный барьер на пути поступления иностранных инвестиций в нашу страну. При этом, как неоднократно заявляли в последние месяцы представители западного бизнеса, одна из основных причин недостаточной привлекательности Украины заключалась в неопределенности вектора ее экономического развития. Застряв между Европейским и Таможенным союзами, страна лишилась и большей части инвестиций. Не зная, в какую сторону будет двигаться Украина, капитал просто занял выжидательную позицию.

Однако теперь можно сказать, что украинские власти недвусмысленно высказали свое предпочтение европейской экономической интеграции. Разблокирует ли это инвестиционный тупик? На первый взгляд, безусловно, да.

"Как только Соглашение об ассоциации с ЕС вступит в силу, мы увидим поступление желанных инвестиций, а также создание новых высокооплачиваемых рабочих мест, стимулирование экономического роста, увеличение поступлений в бюджет за счет платежей, налогов и сборов от компаний, для которых Украина станет экспортной платформой для одного из крупнейших рынков мира", – приводило в декабре прошлого года агентство УНИАН слова президента Американской торговой палаты в Украине Хорхе Зукоски.

"Интеграция в ЕС приведет к значительному расширению инвестиций, которые будут направлены на создание новых производств, привлечение в страну новых технологий, ноу-хау, а не на покупку старых активов… Не надо пугать тем, что Украине нечего делать на европейском рынке, поскольку наша продукция неконкурентоспособная. Посмотрите на Польшу или Чехию", – заявил в интервью тому же агентству президент Европейской бизнес-ассоциации Томаш Фиала.

"Создание зоны свободной торговли с Евросоюзом априори будет подразумевать создание общей правовой базы с ЕС. Условия игры станут понятнее для иностранных инвесторов, и все это выльется в самую крупную инвестиционную программу, которую когда-либо переживала Украина. Инвестиционный климат радикально улучшится", – это уже говорит посол Германии в Украине Кристоф Вайль.

При желании можно привести еще много подобных заявлений со стороны как иностранных, так и украинских специалистов. Но все они сводятся к следующим утверждениям. Ассоциация с ЕС будет выгодной для украинской экономики, во-первых, благодаря распространению на Украину европейских стандартов ведения бизнеса, во-вторых, вследствие притока в нашу страну иностранных инвестиций и, в-третьих, в силу того, что интеграция с ЕС будет способствовать модернизации. Рассмотрим все эти пункты поподробнее.

Украинский миф об иностранном инвесторе

Европейский бизнес – цивилизованный бизнес, особенно, когда он осуществляется в самой Европе с ее законодательством, учитывающим любые мелочи, независимыми судами и тщательно и рационально выстроенной налоговой и таможенной системой. Безусловно, работать в таких условиях в родной стране является давней и пока, увы, несбыточной мечтой для любого честного украинского предпринимателя.

Однако следует признать, что Соглашение об ассоциации с ЕС не приведет к автоматическому распространению на Украину европейских порядков. Для этого необходима согласованная и целеустремленная работа государства, общества и бизнеса на протяжении многих лет. Об этом говорит, в частности, пример Румынии и Болгарии, ставших членами Евросоюза еще в 2008 году, но до сих пор подвергаемых обоснованной критике за коррупцию и искусственные препоны для ведения бизнеса.

В Украине самые успешные предприниматели, выступающие, кстати, за расширение сотрудничества с ЕС, имеют весьма специфические отношения и с законом, и с государством. И вряд ли даже давление со стороны европейских структур (если оно, конечно, будет) заставит их быстро отказаться от проверенных методов ведения бизнеса на внутреннем рынке. Заявив о своей приверженности европейским ценностям, Украина пока только выдвигает декларацию о намерениях, и понадобится очень много труда и времени, чтобы она вылилась в конкретные изменения. Впрочем, без наличия поблизости европейского критика и контролера этот путь был бы еще сложнее и длительнее.

Что касается инвестиций из Европы, то этот вопрос более сложный. В принципе, компании, вкладывая капитал за рубежом, действуют, прежде всего, с целью увеличения собственной прибыли, что далеко не всегда совпадает с потребностями страны-рецепиента. Но получать прибыль за рубежом можно путем использования двух моделей бизнеса: во-первых, за счет предложения продуктов, востребованных на местном рынке и, во-вторых, за счет экспорта изготовленной на месте продукции.

По данным Госкомстата Украины на 1 октября 2012 года, 32% иностранных инвестиций в экономику Украины (нарастающим итогом с 1995 года) было вложено в промышленность, почти 30% – в финансовый сектор. Остальные средства инвестировались в основном в сферу недвижимости, сферу услуг, сельское хозяйство. Если учесть, что среди индустриальных отраслей большая часть инвестиций приходится на пищевую промышленность и энергетику, можно сделать вывод о том, что иностранный капитал в Украине пока что интересовал, прежде всего, украинский внутренний рынок.

Собственно, уже из этого вытекает одна из основных причин низкой инвестиционной привлекательности нашей страны в настоящее время. Украинское население бедное, внутренний рынок узкий, рассчитывать на значительные прибыли на нем сейчас сложно. Большую часть непродовольственных товаров выгоднее ввозить из-за границы, чем производить на месте. Благо, что таможенные пошлины после вступления в ВТО снижены. Кроме того, иностранным компаниям, а особенно небольшим, при работе на внутреннем рынке Украины приходится сталкиваться с чиновничьим произволом, а также жесткой и зачастую не совсем честной конкуренцией со стороны отечественного бизнеса. Крупные же корпорации наподобие Shell при принятии решений об инвестициях в Украину требуют для себя и добиваются от государства значительных льгот.

Однако, может быть, после подписания Соглашения об ассоциации с ЕС все изменится? Ведь европейские представители заявляли именно о притоке в Украину инвестиций экспортной направленности. Такой опыт у Европы уже есть. Капиталовложения из-за рубежа в последние полтора десятилетия способствовали подъему в странах Центральной и Восточной Европы. По данным Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), новые члены ЕС в 1990-2008 годах получили более 500 млрд долл. прямых иностранных инвестиций, из которых более 80% пришлось на страны ЕС-15 и порядка 25% – на Германию. По сути, в регионе была создана новая индустриальная база, ориентированная на экспорт в Западную Европу.

Согласно оценкам московского Института экономики РАН, без этого притока иностранных инвестиций темпы роста ВВП в Центральной и Восточной Европе были бы в три раза ниже реально достигнутых. Широкое проникновение в регион западного капитала способствовало расширению бюджетных доходов, подъему в промышленности, повышению жизненного уровня населения, развитию сферы услуг. Но все это происходило в 1990 и 2000 годы, когда европейские компании в массовом порядке переносили свои производственные мощности в страны с менее дорогой рабочей силой – Польшу, Чехию, Венгрию, Турцию. Кроме того, восточноевропейские страны в тот период предоставляли иностранным инвесторам широчайшие льготы.

Для Украины этот поезд уже ушел. Процесс деиндустриализации западноевропейского "ядра" Евросоюза уже завершен. Наоборот, в последние годы в этих странах наблюдаются обратные процессы, когда правительства прямо требуют от национальных промышленников создания новых рабочих мест у себя дома и резко возражают против закрытия каких-либо производств. В частности, в прошлом году решение корпорации Arcelor Mittal об остановке двух доменных печей на меткомбинате Florange во Франции вызвало скандал, дошедший до президента страны. В итоге Arcelor Mittal печи так и не запустила вновь, но пообещала инвестировать 180 млн евро в другие свои французские предприятия.

Из-за кризиса, который, очевидно, имеет долгосрочный характер, нынешняя производственная база европейских компаний избыточна. Нужды в создании новых предприятий, ориентированных на экспорт в страны Западной Европы, нет. А если и появится, то Украине в этом отношении придется конкурировать с Турцией и восточноевропейскими государствами, имеющими перед ней преимущества в логистике, кадровом, ресурсном, правовом и финансовом обеспечении.

Пожалуй, единственная сфера, в которой Украина в ближайшие годы может рассчитывать на рост европейских экспортоориентированных инвестиций, – это сельское хозяйство. И, возможно, еще пищевая промышленность, добыча природных ресурсов и металлургия, если в ЕС будет увеличена плата за выбросы углекислого газа, и это положение не будет распространено на Украину.

Рассчитывать же на модернизацию экономики с помощью европейских инвестиций Украине не приходится. Об этом говорит и пример тех же стран Восточной и Центральной Европы. Западные компании создавали там преимущественно сборочные производства, использующие далеко не самые передовые технологии. Многие предприятия, размещенные в странах региона, выпускают различные детали и комплектующие. Эта узкая специализация, кстати, сделала восточных европейцев зависимыми от состояния экономики западных стран и резко повысила их уязвимость во время кризиса. Доля высокотехнологической продукции в экспорте государств Восточной и Центральной Европы не превышает 2-3%, что меньше, чем даже у России. Расходы на НИОКР, по данным Института экономики РАН, составляют у них 0,5-1,5% от ВВП против около 2% в ЕС-15.

Собственно говоря, Программа активизации развития экономики Украины на 2013-2014 годы, которая в настоящее время рассматривается в Кабмине, практически не упоминает иностранные инвестиции. Зарубежный капитал в нашей стране будет решать исключительно свои задачи. Поднимать же и модернизировать отечественную экономику мы сможем только с опорой на собственные силы.

Виктор Тарнавский

МинПром

Новини

4 Жовтня 2022

ЄС може зіткнутися з відключенням е/е взимку

Ціни на вугілля у США перевищили 200 дол

Туреччина в січні-серпні 2022 року скоротила імпорт сталі

Країни ЄС заплатили РФ 100 млрд євро за енергоносії під час повномасштабної війни в Україні

Україна отримає від Світового банку майже $530 млн

Найбільша лізингова компанія світу позивається через вкрадені РФ літаки

Україна у вересні експортувала товарів на рекордні $4,1 млрд – Мінекономіки

BHP підвищила довгостроковий прогноз світового споживання сталі

Запоріжсталь у вересні 2022 року скоротив випуск прокату

Каметсталь у вересні освоїла виробництво 4 видів круглого прокату

Верховний суд США відмовився розглядати справу між Україною та "Татнєфтю"

Керівництво МВФ цього тижня розгляне запит України на $1,3 млрд – Reuters

У Швеції знову зафіксували виток з Північного потоку-2

Країнам ЄС радять скоротити споживання газу на 13%

Український експорт вперше з початку повномасштабної війни перевищив $4 млрд

росія завдала екології України збитків у $35 млрд

ВСІ НОВИНИ ⇢