Забытые уроки Греции

Публікації

Тяжелейший экономический кризис, стремительный рост государственного долга, меры жесткой экономии на социальных расходах, обсуждающиеся в нынешнем киевском правительстве, заставляют вспомнить о недавних событиях в Греции. Эта страна, в 2009 году столкнувшаяся с проблемами в обслуживании государственного долга, была вынуждена под давлением Европейской комиссии и МВФ осуществить ряд реформ, очень болезненно сказавшихся на населении. Опыт Греции сейчас становится весьма актуальным для Украины.

Истоки греческого кризиса

Греческий кризис начинает свой отсчет с сентября 2009 года, когда правительство страны впервые признало, что бюджетный дефицит в том году оказался намного больше запланированного. Затем на свет вылезла неприятная история с фальсифицированными статистическими показателями, за счет которых греческие власти еще с начала 2000 годов старались убедить Еврокомиссию и кредиторов, что дела в национальной экономике идут намного лучше, чем в действительности, и страна выполняет критерии, установленные Маастрихтским договором 1992 года. После этого банки-кредиторы отказались рефинансировать греческий государственный долг, размер которого достигал 110% от ВВП, и в феврале 2010 года правительство страны обратилось к Международному валютному фонду и Европейской комиссии с призывом о помощи.

Безусловно, между положением Греции в конце 2009 года и Украины пять лет спустя трудно провести прямые параллели, однако их проблемы все-таки связаны между собой. Основной рост греческого долга в процентах от ВВП произошел в 1980 годы и первой половине 1990 годов (от около 25% в 1980 году до более 100% в 1994), и главной причиной этого увеличения задолженности многие специалисты называют… европейскую интеграцию.

Греция вступила в ЕС в 1981 году, получив все выгоды от присоединения к единому европейскому рынку товаров и капитала и все связанные с этим проблемы. Режим свободной торговли привел к тому, что греческая промышленность не выдержала конкуренции с более развитой западноевропейской и постепенно самоликвидировалась. К 2008 году вклад индустрии в ВВП упал до около 15%, причем ее ведущими отраслями стали пищевая, строительная и фармацевтическая.

Аналогичные проблемы произошли и с национальным сельским хозяйством, практически полностью перешедшим на выращивание оливок, хлопка, риса, некоторых фруктов и овощей. При этом большую часть продовольствия Греции пришлось импортировать. Доля аграрного сектора в ВВП сократилась в настоящее время до менее 4%.

Почти ничего не производя сама, Греция все сильнее зависела от импорта. В 2008 году она ввезла из-за рубежа товары на 60,7 млрд евро, из них 33,3 млрд – из других стран ЕС, а экспортировала – только на 17,3 млрд евро. При этом на полностью открытый для греческих компаний европейский рынок пришлось 11,1 млрд евро поставок. Этот огромный внешнеторговый дефицит финансировался за счет кредитов и привел к резкому увеличению внешней задолженности греческих компаний в 2000 годы.

Греческая экономика превратилась в постиндустриальную, с доминированием в ней сектора услуг – преимущественно, туристических и морских перевозок. Однако греческий торговый флот из-за поддержания режима удобного флага приносил мало выгоды казне, а присоединение Греции к зоне евро сделало отдых в этой стране относительно дорогим, что привело к оттоку туристов.

Наконец, достигнутая свобода передвижения капиталов обернулась легкостью вывода средств в оффшоры. Уклонение от уплаты налогов превратилось в Греции во что-то вроде национального спорта для местных богачей. По некоторым данным, ежегодно через оффшоры из страны утекало порядка 5% от ВВП, а общая сумма прямых потерь для государственных финансов оценивалась в 10-12% от ВВП.

В результате доходы бюджета сокращались, а правительству приходилось все больше покрывать дефицит за счет заимствований. Кстати, вопреки популярным мифам, греческие государственные расходы не были чем-то запредельным. По доле социальных затрат в ВВП Греция находилась чуть ниже среднего уровня по ЕС-25 (то есть без Болгарии и Румынии), да и производительность труда в стране в 2008 году составляла 98% от среднеевропейской.

При этом если в 1990 годы греческий долг был в основном внутренним, то после 1999 года он постепенно превратился почти в 100% внешний. Размещение облигаций в евро позволило греческим властям получить широкий доступ к европейскому рынку капитала, чем они и воспользовались. В принципе с 1994 по 2008 год греческий государственный долг поддерживался на уровне 105-110% от ВВП, то есть был вполне контролируемым. Ситуацию взорвало именно нежелание европейских банков-кредиторов продолжать предоставление новых займов Греции, когда кризис 2008 года нанес значительный ущерб ее сервисной и импортозависимой экономике.

Таким образом, Греция шла к своему кризису почти 30 лет. Украине хватило и двух. Непродуманная в экономическом плане стратегия евроинтеграции, потеря значительной части промышленности вследствие войны на Донбассе, обвал курса гривны и резкое нарастание задолженности в процентах от ВВП привели Украину к концу 2014 года к еще худшему состоянию, чем то, в котором находилась Греция в начале 2010. Причем, как и у Греции, критичным для Украины становится внешний валютный долг.

Тогда, в феврале 2010 года, МВФ и Еврокомиссия пришли Греции на помощь. В мае того же года страна получила беспрецедентный финансовый пакет в размере 110 млрд евро. Правда, как очень скоро выяснилось, 98% из этой суммы получили кредиторы греческого правительства, преимущественно германские и французские банки. Фактически вся помощь заключалась в том, что Греции рефинансировали значительную часть ее долга, и вместо частных банков она стала должна МВФ и Евросоюзу. Причем объем ее задолженности в 2010 году, то есть уже после предоставления помощи, подскочил почти до 130% от ВВП, а в 2012 году достиг более 170% от ВВП.

В одном комплекте с этими деньгами, которых сама страна и не увидела, Греция получила ряд требований макроэкономического характера. Она должна была принять незамедлительные и самые жесткие меры по ликвидации бюджетного дефицита, чтобы иметь возможность платить проценты и погашать долги. Примерно такие же требования сейчас собираются выполнять власти Украины.

Как превратить долговой кризис в экономический

Первый пакет мер жесткой экономии правительству Греции пришлось принять в феврале-марте 2010 года как предварительное условие для выделения помощи. Он предусматривал, в частности, повышение НДС с 19 до 21%, увеличение налогов и акцизов на алкоголь, табачные изделия и бензин, 10% снижение заработной платы госслужащих, а также небольшое сокращение бюджетных расходов, в частности, на государственные инвестиции.

Однако при непосредственном выделении средств в мае 2010 года в меморандуме, подписанном правительством Греции с тройкой кредиторов в составе МВФ, Европейской комиссии и Европейского банка, предусматривались более суровые меры. Тарифные ставки в общественном секторе были уменьшены еще на 3%, тринадцатая зарплата ограничена максимальной суммой в 500 евро, НДС был доведен до 23%, снова возросли ставки налога на алкоголь, табак и топливо, а также на ряд дорогостоящих товаров, например, импортные автомобили. Были увеличены и другие налоги и платежи, а госбюджет подвергся дальнейшему секвестированию.

Еще одним требованием кредиторов стала пенсионная реформа. Пенсионный возраст в Греции был повышен от 55-60 до 60-65 лет, а к 2015 году должен быть уравнен для мужчин и женщин. Отменялись бонусы, которые ранее выплачивались уходящим на пенсию, а работающие пенсионеры должны были уйти с работы либо лишиться 70-100% выплат от государства. Кроме того, были сокращены пенсии, выплачиваемые за потерю кормильца.

Греческий парламент под давлением кредиторов принял все необходимые законы в июле 2010 года, несмотря на вал общественных протестов. Но это было еще только начало. Дефицит бюджета никак не хотел сокращаться, задолженность Греции в соотношении к ВВП не уменьшалась, несмотря на списание 53% долга перед частными кредиторами в 2012 году. Тройка требовала все более сурового урезания государственных расходов, а греческим властям приходилось повиноваться.

В 2011-2013 годах правительство Греции (точнее сменявшие друг друга правительства) принимало все более суровые меры по экономии средств. В общественном секторе, включая образование и здравоохранение, начались массовые сокращения рабочих мест. Кроме того, только с января 2010 года по январь 2013 пенсии и заработная плата госслужащих уменьшилась более чем на 25%, а эффективная ставка налогов возросла более чем на 20%.

Была отменена большая часть законов, защищавших права трудящихся. Либерализация рынка рабочей силы, как подавали этот шаг европейские СМИ, привела к тому, что безработица в стране подскочила от 9% в 2009 году до 27% в 2013 (а среди молодежи до 25 лет превысила 60%). Средний уровень заработной платы в частном секторе с 2010 по 2013 год сократился на 15%. Правительству под нажимом кредиторов пришлось отказаться от каких-либо мер по инвестиционному стимулированию экономики и поддержки национальных производителей.

При этом тройка, очень внимательно следившая за тем, как Греция сокращает социальные расходы, урезает зарплаты и пенсии и поднимает налоговые ставки, почему-то гораздо терпимее относилась к тому, что греческие власти фактически саботируют еще одно важное обязательство – почти не борются с уклонением крупного бизнеса от уплаты налогов. По данным греческой оппозиционной партии SYRIZA, по состоянию на начало 2014 года власти обнаружили почти 6,7 тыс. оффшорных компаний, принадлежащих богатым грекам, но только 34 из них за это время заключили с государством соглашения об амнистии взамен на уплату налогов. И то, размер возвращенной государству недоимки составил в итоге всего 4 млн евро.

Кроме того, не вызвали никакого противодействия и хорошо видные недостатки новой налоговой системы. В частности, инвестиции в реальную экономику облагались повышенными налогами, тогда как рантье и спекулянты недвижимостью почти не несли налогового бремени. Вообще, как отмечают ряд экономистов, греческие власти вели себя во время кризиса крайне пассивно. Ни одно из правительств, руководивших страной в 2009-2014 годах, не предложило альтернативных экономических программ. Все они жаловались на невыносимые условия тройки, пытались отвертеться от выполнения каких-то из них (например, от тотальной приватизации всего и вся в стране), но в целом покорно выполняли то, чего от них требовали МВФ и Еврокомиссия.

Результаты всей этой политики оказались удручающими. Греческую экономику фактически загнали в замкнутый порочный круг. Сокращая доходы населения, греческие власти, по сути, подрывали национальный потребительский рынок. Это приводило к разорению местного малого и среднего бизнеса (с 2010 по 2012 год закрылось свыше 160 тыс. предприятий) и падению налоговых поступлений в бюджет. Из-за этого дефицит не уменьшался, и правительству приходилось принимать новые меры экономии, тем самым только ухудшая экономическую ситуацию и запуская кризис на новый круг.

С 2009 по 2013 год ВВП Греции сократился более чем на 25%, а отношение госдолга к ВВП превышает сегодня 170%. Как считают в МВФ, при условии продолжения политики жесткой экономии этот показатель к 2020 году удастся уменьшить до около 140%. В текущем году непрерывный шестилетний спад вроде бы должен смениться ростом ВВП на 0,6%, но о восстановлении до прежних показателей речи не идет.

Несмотря на тотальную либерализацию рынка труда и падение уровня зарплат (хотя и не до такого низкого значения, как в Болгарии или Румынии), Греции пока не удается привлекать значимые инвестиции из-за рубежа. Национальный рынок дошел до дна, но не способен от него оттолкнуться.

Летом 2013 года в МВФ самокритично признали, что политика жесткой экономии, навязанная Греции, причинила больше вреда, чем пользы, и усилила экономические и социальные издержки долгового кризиса. В связи с этим в Фонде предложили во время новых подобных кризисов в других странах начинать со списания большей части долгов, что даст намного больший экономический эффект. Однако против этого дружно и яростно выступили Германия и Франция, чьи банки должны были больше всего пострадать от такого списания.

После недолгой склоки западные страны, наконец, пришли к консенсусу. Случай Греции, которой все же списали часть долгов перед частными инвесторами, было велено считать уникальным и неповторимым. Отныне должники должны сами выходить из затруднительного положения. Поэтому Украине, очевидно, списывать долги никто не будет. В то же время недопустимым было признано и объявление дефолта, от которого тоже пострадали бы кредиторы. В связи с этим Украину будут и дальше активно прессовать, чтобы она беспощадно урезала государственные расходы, снижала импорт, но продолжала расплачиваться по долгам.

Как говорят, основной урок истории заключается в том, что никто этих уроков не учит. Долговые проблемы загнали Грецию в тяжелейший экономический кризис, вину за который должны разделить как международные кредиторы, так и национальное правительство. Украина переживает сейчас экономический кризис, к которому добавляется и долговой. Однако ей предлагают все те же рецепты жесткой экономии, которые устроили кредиторов, но привели к катастрофическим социальным последствиям в Греции.

Виктор Тарнавский

МинПром

Новини

1 Лютого 2023

Японія направить на відновлення України 170 млн долл

Канадська Ivanhoe Mines планує наростити виробництво міді в Конго

У 2023 році економіка Росії зростатиме, а не падатиме - The New York Times

Болгарія почала будівництво трубопроводу до Сербії

В Україні впав попит на нові автомобілі

Фонд підтримки енергетики України зібрав 144 млн євро 

СБУ викрила привласнення 40 млрд в Укрнафті та Укртатнафті

Австрія передасть 5 млн євро для відновлення енергосистеми України

Китай збільшив експорт та імпорт нержавіючої сталі

В січні середня ціна на російську нафту впала нижче 50 дол/бар

ДТЕК планує збільшити  імпорт електроенергії до 1 млрд кВт-год на місяць

Минулого року дефіцит зведеного платіжного балансу становив 2,9 млрд дол

Перевезення зерновим коридором досягли 19 млн т

В енергосистемі зберігається значний дефіцит потужності

СБУ проводить обшук у Коломойського

Норвегія надасть план довгострокової допомоги Україні на п'ять років

ВСІ НОВИНИ ⇢