Украинская банковская система в 2008-2009 годах благодаря "вливаниям" Нацбанка и западных материнских финучреждений относительно успешно пережила шок, связанный с массовым оттоком средств. По крайней мере, могло быть и хуже.
Паника у населения прекратилась, и оно понесло изъятые деньги обратно в банки. Тем не менее, дальнейший выход из кризиса остановился. Одним из главных сдерживающих факторов стала чрезмерная долларизация экономики. По итогам 2009 года этот показатель увеличился не слишком значительно, с 30,62% до 31,68%, согласно оценкам Нацбанка. Зато при этом консолидированная удельная часть валютных пассивов банков возросла с 50% до 65%, по расчетам Администрации Президента.
Произошло это за счет опережающего снижения объема депозитов в гривне по сравнению с инвалютными вкладами. Если первые уменьшились на 13,3%, до 173,6 млрд грн., то вторые – лишь на 2,1%, до 154,2 млрд грн. При этом следует отметить, что поскольку валютное кредитование в Украине запрещено регулятором, то вопрос, что же делать с накопленной долларовой массой, пока не имеет ответа. И это, как признают сами участники рынка, является серьезной угрозой для стабильности банковской системы.
Кроме того, в условиях сокращения банковских активов нерешенной остается задача возобновления кредитования реального сектора экономики в национальной валюте. Так, в январе-феврале объем кредитов в целом по банковской системе сократился на 2%, до 703,416 млрд грн. Темпы нельзя назвать угрожающими, однако тенденция – настораживающая. Ее причина проста: старые кредиты выплачивались в полном объеме, а новые не выдавались.
При этом основным препятствием для возобновления кредитования стали действия прежнего правительства, ежемесячно размещавшего многомиллиардные суммы облигаций внутреннего госзайма под 20-30% годовых. Разумеется, в таких условиях ожидать, что банки согласятся давать кредиты предприятиям под меньшую ставку (хотя бы 15-18%), могла разве что экс-премьер-министр.
Тем временем еще одним очевидным вызовом для системы остается проблема реструктуризации внешней задолженности. На фоне продолжающегося в 2010 году ухудшения качества банковских активов она может спровоцировать волну ликвидации финучреждений после наступления у них дефолта по обязательствам.
При этом несложно сделать вывод, что в зоне наибольшего риска по-прежнему остаются банки, значительное внимание уделявшие финансированию строительных проектов, а также ипотеки на вторичном рынке. Они продолжат наращивать убытки в связи с необходимостью формировать резервы под проблемные кредиты. Кстати, только в феврале текущего года финучреждения сформировали резервы на 11,8 млрд грн.
Сейчас доля проблемных кредитов в общем объеме банковских активов оценивается по-разному. Национальный банк и Ассоциация украинских банков по итогам января текущего года сообщили об увеличении данного показателя до 9,4% от общего объема кредитов, или до 69,935 млрд грн. в абсолютном выражении. По их расчетам, в лучшем случае до конца текущего года доля проблемных кредитов возрастет до 18%, то есть в два раза.
Международное рейтинговое агентство Fitch более консервативно и пессимистично в своих оценках. По его данным, только за 2009 год доля реструктуризированных и просроченных кредитов украинской банковской системы уже возросла с 34% до 50%, в том числе реструктуризированных – с 23% до 35%.
Между тем кумулятивному росту убытков поспособствует и последнее указание Нацбанка о снижении на 25% оценочной стоимости недвижимости, находящейся в залоге у финучреждений, при расчете норматива резервов под проблемные кредиты, в случае если оценка проводилась после 1 июля 2009 года.
С этим решением регулятора сложно спорить, ведь любую квартиру, купленную в докризисный период, сейчас действительно не удастся реализовать по прежней цене. Можно даже сказать, что 25% – это еще вполне щадящий дисконт. Тем не менее, банкам придется добавить его величину к требуемой для резервирования сумме после проведения в первом квартале очередного стресс-теста.
А в нынешних условиях основным источником средств для финансовой санации банков являются средства действующих акционеров либо инвесторов, направляемые на увеличение капитала. При этом, по предварительным оценкам самих участников рынка, по итогам аудиторского анализа в целом по системе потребность в докапитализации на 2010 год составит 30-40 млрд грн. в лучшем случае.
В сложившихся условиях, как признают сами банкиры, вопросы рентабельности работы финучреждений отходят на второй план. На первое место в текущем году выходит вопрос сохранения стабильности и элементарной платежеспособности. Тем более, надеяться банкам, как оказалось, можно только на себя. По крайней мере, не на государство.
Как показала практика 2009 года, действия правительства по национализации проблемных банков оказались неэффективными. На это указывает пример Родовид Банка, который накануне выборов, по сути, был превращен прежним правительством в кассу по выдаче наличности вкладчикам. Что характерно, сразу после выборов Министерство финансов потребовало от временной администрации НБУ в Родовиде полностью прекратить операционную деятельность, сильно напоминавшую благотворительность за чужой счет.
Тем временем МВФ в лице первого заместителя директора-распорядителя Джона Липски в феврале 2010 года сделал важное заявление. По его мнению, национальным правительствам и Центробанкам больше не стоит заботиться о поддержании на плаву проблемных банков. Хотя в меморандуме о сотрудничестве с Украиной, подписанном в 2008 году, среди прочих условий значится и требование о решении проблем системных банков, в том числе путем национализации.
Очевидно, что в связи с этим в новой редакции меморандума, подготовка которой прогнозируется в апреле, пункт о поддержке банков за счет государства будет вычеркнут. Кстати, такой подход разделяет и Николай Азаров, мнение которого в новом правительстве станет решающим.
Игорь ВОРОНЦОВ
