Украинские природные ресурсы, в частности железная руда является одним из немногих конкурентоспособных товаров на внешнем рынке. В этом году была принята Общегосударственная программа развития минерально-сырьевой базы на период до 2030 года. В которой государство отмечает, что одним из весомых факторов преодоления кризисного положения в экономике Украины является надлежащее обеспечение потребностей экономики в минерально-сырьевых ресурсах и эффективное их использование.
Так, по данным объединения "Металлургпром", за январь-июнь этого года объемы производства железной руды в Украине выросли на 3% до 39,278 млн тонн. Производство железорудного концентрата увеличилось на 2% до 32,417 млн тонн. Производство агломерата увеличилось на 4% до 20.575 млн тонн. Производство окатышей сократилось на 2% до 10,966 млн тонн.
В январе-июне украинские горнорудные предприятия экспортировали 16,700 млн тонн железорудного сырья, что на 2% больше, чем в первом полугодии 2010 года.
По данным экономистов Standard & Poor's, цены на железную руду с учетом перехода к спотовым или контрактным ценам, рассчитываемым ежеквартально, а не раз в год, как раньше остаются достаточно высокими.
Ключевым фактором высоких цен на железную руду и коксующийся уголь является, прежде всего, растущие потребности в ресурсах со стороны китайской сталелитейной промышленности, а также уровень цен, по которым основные игроки международного рынка железно-рудного сырья, которые контролируют около 70% этого рынка – Rio Tinto, BHP Billiton, Vale отпускают Китаю свою продукцию.
При этом, как всегда не учитывается интерес металлургов, уровень рентабельности которых за последние восемь лет существенно снизился и составляет приблизительно 5% против 35% в начале 2003 года.
В целом эксперты прогнозируют, что до конца этого года цены на железную руду будут продолжать оказывать давление на показатели рентабельности металлургов в стране.
Вместе с тем, в странах с развивающейся экономикой, в числе которых и Украина, очень остро стоит проблема "приватизации ренты", то есть проблема убытков государства от недополучения рентных платежей за пользование природными ресурсами. При этом проблема перераспределения не стояла бы так остро, если бы недополученная рента от пользования недрами оседала внутри государства, а не утекала бы за рубеж.
В Программе "Экономических реформ на 2010 – 2014 года" Комитета по экономическим реформам при Президенте Украины определяется необходимость перехода на систему платежей за добычу полезных ископаемых с применением принципа рентного дохода с целью установления справедливой платы за использование природных ресурсов.
В связи с этим, актуальность приобретает анализ результативности реформирования налогового законодательства, которое недавно было проведено.
В Налоговом кодексе Украины оставлен прежний подход, когда базой налогообложения является объем добытых в налоговом (отчетном) периоде полезных ископаемых (минерального сырья), которая отдельно рассчитывается для каждого вида полезных ископаемых (минерального сырья) для каждого участка недр. Для тех видов полезных ископаемых, для которых установлена абсолютная ставка платежа в стоимостном (денежном) выражении, база налогообложения тождественна объекту налогообложения. Для тех полезных ископаемых, для которых ставка установлена в виде процента от стоимости добытого объема, база налогообложения рассчитывается по наибольшей из величин: по фактическим ценам реализации соответствующего вида добытого полезного ископаемого (минерального сырья), либо по расчетной стоимости.
В части рентных платежей авторы решили ограничиться лишь повышением ставок. При этом концепция не меняется, и введение более справедливого принципа рентного дохода вновь откладывается.
Ради справедливости стоит сказать, что в Заключительных Положениях Налогового кодекса Украины закреплена обязанность Кабинета Министров до 1 января 2014 года внести проект закона относительно перехода на систему платежей за добычу полезных ископаемых с использованием принципа рентного дохода.
Исходя из средней стоимости 1% железа в руде в 2003 году, компании отчисляли государству 0,06% от ее реальной цены. В частности, по сравнению с 2003 годом за пять лет плата за добычу бедной железной руды возросла в 66 раз, богатой – в 74 раза, марганцевой – в 65 раз, коксующегося угля – в 5 раз.
Также были радикально пересмотрены и другие платежи. В 2008 году по сравнению с 2007 годом в 12 раз увеличились нормативы платежей за добычу доломитов, в 20 раз – флюсового известняка, в 22,5 раза – песка, в 9 раз – мела и известняка. Для других видов полезных ископаемых в 2008 году осуществлено индексацию нормативов по коэффициенту 1,144. Кроме того, в 2009 году нормативы платежей, которые относятся к абсолютным, проиндексированные по коэффициенту 1,439.
Законом о Государственном бюджете на 2010 год правительство подняло ставки платы за добычу полезных ископаемых только на 15,7%. К тому же был установлен универсальный механизм регулирования определения нормативов платежей за пользование недрами, сбора за геологоразведочные работы и сбора за специальное водопользование с учетом их автоматической индексации на коэффициент индекса промышленных цен производителей промышленной продукции за предыдущий год.
По сравнению с механизмом 2010 года, в Налоговом кодексе Украины был сделан шаг назад и установлен, не автоматический, а ручной режим индексации ставок платы за пользование недрами путем ежегодного принятия закона.
Следует отметить, что в 2008, 2009 году рынок сырья просел, а ставки за пользование природными ресурсами возросли. Вследствие чего от повышения ставок несли ущерб, прежде всего предприятия. А сегодня, от недоплаты рентного дохода теряет государство, так как цены на железную руду возросли, а ставки платы за недра на первую половину 2011 года остались на уровне 2010 года.
"Несмотря на законодательно установленный принцип стабильности, государство проявило непоследовательность, и ставки за пользование недрами в середине этого года увеличились в 1,5 раза. Изначально в проекте Налогового кодекса Украины предусматривалось увеличение ставок на 18%. Вместе с этим, во втором чтении ставки закрепили на уровне 2010 года. Таким образом, чтобы перекрыть недоплаты, адекватное повышение ставок во втором полугодии должно было быть проведено не более чем на 36%, а не на 50%", – подчеркивает аналитик Института стратегических исследований Анна Долгих.
Особую актуальность приобретает принцип рентного дохода, при котором каждая из сторон (государство и предприятия) имеет гарантии. При этом, меняя ставки государству не нужно будет латать дыры, а предприятия будут платить справедливую цену.
Понять, что же такое ресурсная рента проще всего на примере. Предприятия, деятельность которых связана с ограниченными и невозобновляемыми природными ресурсами, имеют возможность реализовывать свою продукцию по ценам превышающим как затраты предприятия на их производство, так и некоторый уровень прибыли, достаточный, что бы сделать инвестиции в это производство привлекательными. Этот избыток обычно рассматривается как ресурсная рента.
Рентный подход имеет свои преимущества, так как необходимость увеличения доходной части Государственного бюджета и обеспечение полного и эффективного использования запасов природных ресурсов говорит само за себя.
Вместе с этим, есть мнение о возможной неэффективности в Украине использования принципа рентного дохода при эксплуатации недр, что связано с тем, что он открывает возможность для манипулирования ставками, и порождает риск принятия политизированных решений в зависимости от приближенности разных групп влияния в правительстве. Кроме того, он характеризуется фискальным направлением, поскольку цель состоит в изъятии части дохода субъектов хозяйствования, которые эксплуатируют природные ресурсы и осуществляют давление на экологию, при этом основное бремя ляжет лишь на добывающие предприятия.
Для анализа возможности использования в Украине принципа рентного дохода при определении ресурсных платежей, как такового необходимо рассмотреть основные подходы к определению величины рентного дохода.
Концепция так называемой "абсолютной ренты", когда рента определяется ценностью используемого природного ресурса, но не зависит от его качественных характеристик. Таким образом, рента устанавливается, как плата за пользование недрами как основными средствами, однако в процессе пользования ресурсы полностью потребляются, поэтому оптимальным режимом изъятия доли дохода является налогообложение потребления данных ресурсов.
Концепция "дифференциальной ренты", когда изъятие рентных доходов происходит на основе качественных характеристик природных ресурсов (содержанием полезных компонентов, полезных и вредных примесей; величине промышленных запасов полезных ископаемых и др.), горно-геологическими условиями разработки (толщиной залежей, глубиной залегания и др.), а также местоположением (приближением к основным пунктам потребления, транспортных магистралей, источников энергии; освоенность и климатическими условиями района и т.п.). Полученная в результате этого дополнительная прибыль присваивается не разработчиком месторождения, а его владельцем (государством).
Третий подход – рента устанавливается в процентах от цены реализации добытой продукции с использованием показателя нормы прибыли с учетом применения более совершенной технологии добычи и переработки сырья, повышение технической вооруженности труда и тому подобное.
При определении концепции применения рентного дохода, необходимо принять во внимание, что причины абсолютной ресурсной ренты – это постоянно растущие потребности общества в продукции предприятий недропользователей, а дифференциальной ренты – ограниченность участков месторождений и недр с благоприятными природными условиями, рост цен на основные ресурсы недр.
"Однако вопрос стоит не только в том, чтобы изъять ренту. Прежде всего, государство, должно определиться с национальной стратегией, моделью роста, программой развития и т.д. Нерациональное распределение рентных доходов может оказывать негативное воздействие на экономический рост", – предостерегает А.Долгих.
В мире механизмы изъятия природной ренты достаточно разнообразны. При этом в экономически развитых странах преобладают налоговые методы изъятия, а в странах с развивающейся и относительно закрытой экономикой широко применяются и неналоговые методы, такие, как, например, соглашения о разделе продукции.
Кроме того, в разных странах рента взимается либо с ресурсодобывающих и ресурсоперерабатывающих компаний (США, Великобритания, Норвегия) либо только с добывающих предприятий (нефтяные государства Ближнего Востока).
При выборе концепции необходимо взять во внимание фактор возможного конфликта между предприятиями, которые провели модернизацию и аутсорсинг, и теми, которые просто проводит добычу, используя оборудование, которое досталось в наследство еще от Советского Союза.
При идеально равных условиях месторасположения и качества сырья, технического уровня предприятия, и т.д., на предприятиях, которые эксплуатируют недра и провели аутсорсинг и модернизацию, себестоимость добытой продукции будет значительно меньшей, чем там, где все это отсутствует. Поэтому с учетом нормы прибыли на первых предприятиях рентный доход будет большим, и соответственно отчисления в бюджет будут большими, чем у вторых.
Украинские реалии при определении модели рентного подхода диктуют необходимость учитывать интересы и возможности несения бремени оплаты ресурсной ренты государству всеми отраслями в комплексе и теми, которые осуществляют добычу и теми, которые потом используют сырье.
Елена Богомол
