Из Пекина без денег, но с планами

Публікації

Президент Украины Виктор Янукович вернулся из Китая без денег и новых кредитов, но с инвестиционными планами китайских компаний, общий объем которых, по его словам, может достигать 8 млрд долл. Однако на что конкретно может рассчитывать Украина? В последние годы китайские компании быстро увеличивают объемы прямых зарубежных инвестиций, при этом Восточную Европу они считают одним из своих приоритетов. Но в то же время их политика исключительно прагматична и преследует не столько коммерческие, сколько государственные интересы КНР.

Время больших ожиданий

Если на Европу особых надежд нет, а восстанавливать экономические связи с Россией не хочется, да и не слишком можется, то почему бы не попробовать пригласить в Украину китайский капитал?! Во всяком случае Виктор Янукович, выступая в Пекине на втором украинско-китайском бизнес-форуме, высказал очень широкие пожелания. По его словам, для китайской стороны открыты в Украине возможности для реализации множества проектов в различных отраслях, начиная от прокладывания кольцевой дороги вокруг Киева и железнодорожного полотна к Бориспольскому аэропорту и заканчивая автомобилестроением и развитием телекоммуникационных сетей.

Правда, пока что достоверно известно только об одном проекте стоимостью 3 млрд долл., предусматривающем строительство глубоководного морского порта в Крыму, в Сакском районе. Как сообщают украинские СМИ, соответствующий меморандум на форуме подписали украинская частная компания "Киевгидроинвест" и китайский холдинг BICIM, прославившийся в этом году после обнародования плана строительства нового канала между Атлантическим и Тихим океанами через территорию Никарагуа.

Именно по этой причине отношение к данной инициативе достаточно сдержанное. Собственником BICIM является малоизвестный китайский миллиардер Ван Цзин, сделавший состояние в сфере телекоммуникаций. У его компании нет ни опыта реализации подобных масштабных проектов, ни средств для их осуществления. Не исключено, что это ширма, за которой стоит государство, тогда и Никарагуанский, и украинский проект преследуют отнюдь не только коммерческие цели.

И в самом деле у Крыма очень важное стратегическое положение, а вот строительство крупного международного порта там бесперспективно, поскольку в логистическом плане полуостров представляет собой тупик, имеющий достаточно ограниченное авто- и железнодорожное сообщение с большой землей. Заявленные в проекте порта десятки миллионов тонн грузов в год эта сеть просто не потянет, да и не слишком выгодно что-то возить из Крыма хоть в Россию, хоть в Европу с переходом на другую железнодорожную колею.

Наконец, следует отметить, что китайцы в последнее время проявляют повышенный интерес к таким портам как румынская Констанца, болгарские Бургас и Варна. Они, по крайней мере, значительно ближе к потенциальным получателям китайских товаров в Европе, чем Крым.

В этой темной истории с крымским портом очень четко проявляются все проблемы, связанные с китайскими прямыми инвестициями за рубежом. С одной стороны, у китайцев сейчас есть средства, которыми в настоящее время не располагают многие другие потенциальные инвесторы. Как сообщает European Intelligence Unit, уже в 2011 году Китай вышел на третье место в мире по объемам годовых зарубежных инвестиций, уступая только США и Японии. По данным A Capital, зарегистрированной в Брюсселе и Пекине финансовой компании, за которой стоит китайский государственный суверенный фонд, управляющий национальными валютными резервами, до 2016 года объем прямых инвестиций китайских компаний за рубежом может достигнуть 600 млрд долл. На состоявшемся в конце ноября в Бухаресте саммите с участием глав 16 государств Центральной и Восточной Европы и китайского премьер-министра Ли Кэцяна одна только Румыния анонсировала проекты с возможным участием китайского капитала на общую сумму 8,5 млрд евро.

Но, с другой стороны, в Китае с его специфическими отношениями между бизнесом и государством никогда не скажешь, какую конечную цель преследуют те или иные капиталовложения. США и ведущие западноевропейские страны, достаточно спокойно смотрящие на инвестиции компаний из Саудовской Аравии, ОАЭ и Катара в порты, крупные национальные корпорации и другие стратегические активы, весьма жестко ограничивают проникновение в эти сферы китайцев. Форум в Бухаресте также вызвал довольно нервную реакцию со стороны Европейской комиссии, пожурившей восточноевропейские члены ЕС за попытку налаживания самостоятельных связей с Китаем в обход Брюсселя.

Наконец, в-третьих, китайские прямые инвестиции в промышленность и инфраструктуру за рубежом представляют собой относительно новую тенденцию в мировой экономике. Их объем был нулевым до 2000 года, минимальным в первой половине прошлого десятилетия и незначительным во второй, но внезапно резко возрос в 2010-2011 годах и продолжает расширяться исключительно высокими (но привычными для Китая) темпами. Пока сложно сказать, к каким последствиям приведет этот приток средств, но последствия эти будут, причем необязательно положительные для стран-реципиентов.

По этим причинам к проникновению китайского капитала на внешние рынки многие эксперты относятся как минимум настороженно. Однако Украине, как говорится, особенно не из чего выбирать, так что к китайским инвестициям в Киеве относятся без предубеждения. Рассмотрим, что это может принести нашей стране в перспективе, на что она может рассчитывать.

Финансовая экспансия Китая

Практически все инвестиции китайских компаний за рубежом четко распределяются по четырем стратегическим направлениям. Первое и самое важное из них – это обеспечение страны минеральными и сельскохозяйственными ресурсами, т.е. сырьем и продовольствием.

По данным International Energy Agency, только с 2009 по 2012 год китайские нефтегазовые корпорации потратили на приобретение активов за границей около 100 млрд долл. В ближайшее время китайские компании могут стать крупнейшими добытчиками нефти в Ираке и обещают инвестировать более 20 млрд долл. в иранские нефтепромыслы, как только с Ирана снимут санкции. Китай контролирует большую часть нефтедобычи в Анголе и Южном Судане и предоставил многомиллиардные кредиты нефтяникам и газовикам Венесуэлы, Туркменистана, Казахстана.

Задача этих инвестиций заключается в том, чтобы получать нефть и газ напрямую, по сниженным по сравнению с уровнем мирового рынка ценам и в гарантированных объемах. С этой же целью китайские компании в последнее время очень активно осваивают природные ресурсы Африки, строя там ГОКи для добычи различных видов минерального сырья, железные дороги и порты.

Украина в этом плане интересна Китаю в первую очередь как поставщик продовольствия. В сентябре этого года сообщалось о будто бы заключенной украинскими властями сделке о передаче в долгосрочную аренду китайской государственной компании Xinjiang Production and Construction Corps, которую западные источники характеризуют как "квазивоенную", 100 тыс. га земли для выращивания продовольственных культур и строительства свиноводческих комплексов с экспортом произведенной продукции в Китай. В дальнейшем украинские власти эту информацию опровергали.

Кстати, незадолго до этого аналогичную сделку с китайцами заблокировало правительство Филиппин, а на Мадагаскаре власти под влиянием общественных протестов в 2009 году были вынуждены отказаться от передачи 1,2 млн га земли Южной Корее. Как заявляли противники данных соглашений, такая сдача в аренду собственных территорий уж слишком напоминает колониализм.

В целом китайские инвестиции в добычу природных ресурсов вызывают к себе двойственное отношение. С одной стороны, они способствуют модернизации бедных африканских стран, которые получают от китайцев достаточно солидные платежи за добываемое сырье и первоклассные объекты инфраструктуры. Однако, с другой стороны, китайские инвестиции всегда сопровождаются экспансией дешевых и низкокачественных китайских товаров, которые убивают на корню местную промышленность. Кроме того, китайцы весьма наплевательски относятся к экологии и воспринимают местных жителей только в качестве дешевой и бесправной рабочей силы. Мало-мальски квалифицированную работу на китайских предприятиях выполняют только китайцы. По данным германского журнала "Der Spiegel", в настоящее время в Африке южнее Сахары трудится больше миллиона китайских специалистов.

Но наряду с Африкой и другими сырьевыми странами повышенный интерес китайских компаний вызывают в последнее время и западные государства. Пользуясь кризисом и экономическим спадом, они скупают, в частности, относительно небольшие фирмы, специализирующиеся на выпуске машин и оборудования. Так, китайская автомобильная корпорация SAIC купила британскую Rover, а Geely – легковое подразделение Volvo. В качестве других примеров подобных сделок можно привести приобретение китайской компанией Jiangsu Jinsheng Group подразделения швейцарской Oerlikon Group по выпуску станков для текстильной промышленности за 700 млн долл. в конце 2012 года или состоявшуюся в феврале прошлого года покупку германского производителя насосов для перекачки жидкого бетона Putzmeister Holding GmbH китайской фирмой Sany Heavy Industries за 500 млн долл.

Как правило, эти операции происходят при поддержке или как минимум с одобрения китайского правительства и преследуют две цели. Во-первых, приобретая компании за рубежом, китайцы покупают их подразделения НИОКР, их передовые технологии и их бренды. Это дает возможность создавать аналогичные производства в Китае и продавать качественную готовую продукцию на внутреннем и международном рынках под марками известных производителей.

Во-вторых, данные приобретения рассматриваются и как возможность увеличения прибыльности китайских компаний. Промышленность КНР в последнее время столкнулась с острейшей проблемой падения рентабельности. Возможности для их экстенсивного роста сейчас практически исчезли из-за глобального кризиса, а затраты у китайских компаний велики, в частности, на уплату займов, из которых были профинансированы основные фонды. Предполагается, что приобретенные западные компании станут для китайцев новыми центрами прибыли, которые помогут пережить спад прежним производствам.

В Украине количество компаний, которые могут заинтересовать подобным образом китайских инвесторов, можно, наверное, пересчитать по пальцам. При этом в перспективе украинское машиностроение может либо придти в упадок из-за разрыва традиционных связей с российским рынком, либо наоборот перейти в российскую сферу влияния. Приход в эти отрасли китайцев маловероятно.

В то же время потенциальный интерес для китайских инвесторов в Украине представляет еще одно стратегическое направление китайского бизнеса – создание новых предприятий, чья продукция будет экспортироваться на крупные соседние рынки ЕС или России. Примеры подобных капиталовложений в Европе уже есть. Так, в феврале 2012 года китайская компания Great Wall Motor построила автосборочный завод в Болгарии, став первым китайским автопроизводителем, наладившим выпуск своей продукции в Европе. В мае этого года китайская компания Texhong объявила о намерении вложить 180 млн долл. в строительство крупной текстильной фабрики в Турции. Производители электроники Huawei и ZTE создали крупные логистические центры в Венгрии.

Пожалуй, подобные инвестиции китайских компаний вполне вероятны и в Украине, но не сейчас, а когда она определится со своим направлением экономической интеграции. А пока китайские промышленники Украину, очевидно, не рассматривают всерьез в качестве возможного направления вложения средств. По крайней мере на форум в Бухаресте, на котором присутствовало более 300 топ-менеджеров крупных китайских корпораций, Украину не пригласили, хотя решение о составе его участников, очевидно, принимались задолго до того, как украинское правительство заявило о неподписании соглашения об ассоциации с ЕС.

Наконец, четвертое направление китайских зарубежных инвестиций и, пожалуй, самое реальное для сегодняшней Украины – это капиталовложения в инфраструктуру. В странах Восточной Европы китайские компании проявляют интерес к строительству автомобильных и железнодорожных дорог и мостов, атомных и тепловых электростанций, метрополитена и линий телекоммуникаций. При этом китайские компании не скрывают, что их участие в таких проектах обусловлено, во-первых, наличием избыточных мощностей, образовавшихся вследствие торможения экономического роста в Китае, во-вторых, намерением поднять свою рентабельность за счет зарубежных инвестиций и, в-третьих, стремлением утвердиться на этих рынках, вытеснив с них японские, американские и европейские корпорации.

По данным специалистов, основная проблема здесь заключается в том, что китайцы при реализации подобных проектов хотят иметь над ними полный контроль и требуют предоставления государственных гарантий, обеспечивающих им определенный уровень прибыльности. Не все правительства идут на такие условия, поэтому из множества проектов, анонсированных на прежних китайско-восточноевропейских форумах, состоявшихся в 2011 году в Венгрии и в 2012 году в Польше, реально реализованы были только единицы. Не исключено, что и из разрекламированных украинских проектов большая часть останется только на бумаге из-за нерешенности вопросов о контроле.

Впрочем, в любом случае, чтобы китайские или какие-либо иные инвестиции пришли в Украину, необходимо стабилизировать политическую ситуацию в стране. В нестабильные страны серьезные деньги никогда не придут.

Виктор Тарнавский

МинПром

Новини

24 Червня 2024

Борги заважають забезпечити українців електроенергією з вітростанцій

Tata Steel розглядає можливість дострокового закриття підприємств у Великобританії через загрозу страйку

УЗ реалізувала на аукціонах частину вагонів для перевезення будматеріалів

Мінвідновлення закликає повернути вантажівки з ЄС для оновлення документів

Верховна Рада розглядає три варіанти економічного бронювання

Через обмеження електропостачання УЗ не може доставити руду до Словаччини

Інвестори вимагають від України плати по кредитам

В НБУ бачать потенціал для подальшого зниження облікової ставки

У травні бізнес отримав 2,4 млрд грн кредитів за держгарантіями

Запоріжкокс отримав 400 млн грн прибутку

В Україні розбудовують понад 30 проєктів вітрової генерації

Укргазвидобування може скоротити темпи буріння через постачальника китайських труб

Світове споживання вугілля досягло історичного максимуму

Rio Tinto та Baowu розпочали видобуток руди на спільному підприємстві в Австралії

Еквадор планує збільшити видобуток міді

ЄС знайшов спосіб, як обійти вето Угорщини на підтримку України

ВСІ НОВИНИ ⇢